Наша группа ВК
Таймлайн

Vesta : Ramirez
Kravetz
Добро пожаловать в прекрасный Мидгард, который был [порабощен] возглавлен великим богом Локи в январе 2017! Его Армия долго и упорно шла к этой [кровавой резне] победе, дабы воцарить [свои порядки] окончательный и бесповоротный мир для всех жителей Земли. Теперь царство Локи больше напоминает утопию, а люди [пытаются организовать Сопротивление] счастливы и готовы [отомстить Локи и его Армии за их зверства] строить Новый мир!
В игре: 12.2017 | NC-21 | Эпизодическая система

Loki's Army

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Loki's Army » Архив эпизодов » 15.06.2016 This is war (Х)


15.06.2016 This is war (Х)

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Название эпизода
This is war
Время игры
15.06.2016
Персонажи
Loki Laufeyson
James North
Nicolas Moloko
Ophelia Sarkissian
Clint Barton
Natasha Romanoff
Место действия
Улицы Берлина
Описание
A warning to the people
The good and the evil
This is war
To the soldier, the civillian
The martyr, the victim
This is war
It's the moment of truth and the moment to lie
The moment to live and the moment to die
The moment to fight, the moment to fight, to fight, to fight, to fight

Эта дата открывает войну в привычном понимании этого слова. Германия, страна, что так часто развязывала войны, не желает покоряться иноземному захватчику, и Локи объявляет, что эта земля станет первой, что он официально возьмет силой. В этот день становится окончательно понятно, что нейтралитета не будет. Либо покоряешься богу - либо сражаешься с ним. Это война.
To the right, to the left
We will fight to the death
To the Edge of the Earth
It's a brave new world from the last to the first

Очередность
Loki Laufeyson
James North
Clint Barton
Natasha Romanoff
Nicolas Moloko
Ophelia Sarkissian

http://28.media.tumblr.com/tumblr_ljhyntB2Cn1qzhp2mo1_500.gif
http://25.media.tumblr.com/tumblr_lhnpvyLIIZ1qa6j6co1_500.gif

ПРИМЕЧАНИЕ. Это эпизод о сражении. Одна сторона идет под знаменами Локи, другая - вместе со Мстителями. Берлин пылает, мирные жители пытаются спастись. Локи объявляет, что будет крушить город, пока тот не сдастся, что и происходит в конце эпизода с требованием немецкого президента о том, что Мстители, стремительно терпящие поражение, должны отступить ради жизней тех берлинцев, кто сумел уцелеть.


Экспресс-эпизод. На пост дается три дня, на четвертый игроки имеют право пропустить вас, к тому же вы лишаетесь положенной за эпизод награды в профиль. Эпизод засчитывается за четыре.

+1

2

a warning to the prophet
the liar, the honest
this is war
to the leader, the pariah,
the victim, the Messia,
this is war

  - Господин Лафейсон... Нет ничего такого, что Вы могли бы мне сказать, чтобы я согласился сдаться и обречь свою страну на жизнь в режиме дичайшего авторитаризма. Мы будем защищаться. Германия не отдаст свою свободу даже под угрозой войны.
  Так заявил немецкий президент 15 июня 2016-ого года в финале двухчасовых телефонных переговоров с асгардским Богом Лжи, на чьем лице после сей фразы появилась пугающая улыбка, полная зловещего предвкушения. Когда противник сам просит продемонстрировать ему силу и хаос, как тут откажешься? Я засыплю пеплом и залью реками крови Ваш город, господин президент. Первое большое сражение - это не только пункт в стратегическом плане. Это зрелищное шоу о смерти и страхе, зрителем коротого должен стать весь мир. Пленных не брать. Fire at will.
  - Да будет так, друг мой, - негромко ответил он, и в его голосе собеседник безошибочно почувствовал эту жуткую улыбку убийцы, заставившую его невольно содрогнуться, ерзая в кресле.

  Прошло не более часа. Берлинское время едва перевалило за полдень, и власти готовились с минуты на минуту объявить военное положение. Однако Локи не позволил им такой роскоши. Немецкая столица жила своей жизнью, когда в небесах начали появляться военные самолеты, заглушающие все звуки города пронзительным гулом. Берлинцы с беспокойным любопытством наблюдали за происходящим - кто отвлекался от чашки своего эспрессо, сидя в кофейне, кто напряженно выглядывал из окна офиса, а иные проходили на красный сигнал светофора, задрав головы вверх и слишком увлекшись зрелищем.
  На рекламных экранах Потсдамер платц в прямом эфире появилось изображение Локи. Он находился в одном из джетов, в этот момент также дрейфующих в берлинском небе. Прохожие, ощущая все нарастающую тревогу, остановились, взирая на лицо бога, которого они помнили, как инопланетянина из новостей трехлетней давности. Это именно он разгромил Манхэттен. Мировой преступник Локи Лафейсон.
  - Вы отказались подчиниться, поэтому я уничтожу вас. Но шанс все еще остается. Стоит вам сдаться, все кончится. Советую сделать это как можно скорее, вас ждет новый мир. - он еле заметно ухмыльнулся, - Это война.
  Сигнал отключился, и экраны погасли. Какое-то мгновение не было слышно ничего, кроме гула самолетов. Затем где-то вдалеке раздался пронзительный неприятный свист, он все приближался и нарастал, пока не прогремел массивным взрывом в деловой части города.
  Локи довольно усмехнулся и связался с другими джетами.
- Настал момент истины, друзья мои. Полковник Гидра - на запад, генерал Норт - на восток. Молоко, устрой из этого города один великолепный пожар. Сражайтесь до последнего вздоха - сегодня и всегда. К оружию!

+7

3

Из века в век люди объявляли войны. Страны шли против стран, народы против народов, церкви против церквей, и каждый отдельно взятый человек - против подобного себе. Когда огонь бомбежек гас в горах, где-то в степи с самолетов сбрасывали напалм. Когда перегорал и он, в плодородной почве взрывались мины. Этот процесс не прерывался ни на минуту. Как вдох и выдох одна за другой в газетах появлялись новости о нападениях и капитуляциях. И если канонада вдруг затихала, люди пугались: это значило лишь, что ненасытный дух войны ненадолго задержал дыхание, чтобы потом набрать полные легкие воздуха, густого от дыма и запаха крови.
Но этот вдох должен был стать последним.
Во всяком случае, в это верил Норт. Искренне верил. Конечно, глупо полагать, что человек, какой-то самонадеянный выскочка, сможет усмирить самое войну, похожую на мифическое чудище, похотливо дрожащее над жизнями тех, кого предстоит убить и покалечить. Но разве не становится все проще, едва тебе позволяют прикрыться словом "Бог"? Ты просто отдаешь свои мечты и идеалы в его руки, и уже не боишься того, что жизнь сломает их как карточный домик. Мир обретает почву, разум обретает веру...
Джеймс сидел за штурвалом самолета. Он не позволял никому пилотировать, если мог сделать это сам. Сейчас, в небе, он чувствовал себя на своем месте. Диссонанс придавала только форма генерала Невидимок. Норт не совсем понимал ее назначение, но почему-то после эксперимента она влекла его. Казалось, что в ней гораздо комфортнее и безопаснее, так что не надеть ее на столь важную миссию он не мог. Даже не смотря на то, что она вызывала ассоциации с Третьим Рейхом, а в Германии это было не совсем уместно... Неважно. Кому теперь какое дело до поиска параллелей? Такого мир еще не видел. Бог во всей красе. Реальный, осязаемый, живой Бог пришел спасти их. А генерал - верный полководец на службе у высшего существа. Разве тысячелетним империям достать до них..
В центре города прогремел взрыв. Последняя война теперь была реальностью. До самого этого момента все казалось сном, пустой выдумкой, захватившей воспаленный разум. Но теперь... самолет тряхнуло от взрывной волны.
В следующее мгновение ожили динамики шлемофона:
- Настал момент истины, друзья мои. Полковник Гидра - на запад, генерал Норт - на восток. Молоко, устрой из этого города один великолепный пожар. Сражайтесь до последнего вздоха - сегодня и всегда. К оружию!
А вот и голос Бога.
Норт положил самолет на крыло и зашел правее. Восток города, беззащитного, не готового к войне, закрывали тени самолетов его звена. Сразу полетело несколько бомб - на два самых крупных полицейских участка. Затем еще несколько - на дорожные развязки. Знаменитые немецкие автобаны обратились в руины - бежать теперь было некуда. Люди, оставшиеся в городе, как мыши в стеклянной банке, беспомощно жались к стенам зданий, пытались укрыться в магазинах или просто бежали куда глаза глядят. Генерал не хотел их убивать. Он был полностью уверен, что страха достаточно, чтобы сломить человека. А потому...
- Начать высадку.
Из самолетов десантировались солдаты, некоторые из них оцепили места наибольшего скопления людей, другие направились прямиком в Рейхстаг, разоружая охрану и без колебаний убивая тех, кто отважился встать у них на пути. Генерал посадил свою машину недалеко от Ансвальдер Плац, снял шлем и не спеша вышел из кабины. Он смотрел на результаты тщательно спланированной операции, и видел, что все идет именно так, как он себе представлял: его солдаты обращали в тлен любую опору европейского общества. Банки, юридические конторы, полицейские участки - все это изничтожалось за считанные минуты. Людей вышвыривали с рабочих мест, им ничего не оставалось, кроме как подчиниться или умереть: выбор был у каждого. И вот теперь тысячи клерков, финансистов, юристов собирались в кучки и смотрели на то, как их привычная жизнь рушится и тлеет в пламени. Немецкая надежность не спасла их, она лишь крепче припечатала нерушимые немецкие устои к земле своими тяжелыми нерушимыми немецкими стенами.
В центре прогремела череда взрывов: начал Работу Молоко. Скоро здесь не останется камня на камне.
Норт заложил руки за спину и стоял, спокойный, невозмутимый. Посреди всего этого хаоса он чувствовал себя в безопасности. Бойня для него была привычна.
А за его спиной, в темноте, прятались тени. Они ждали своего часа. Им не терпелось.

Отредактировано James North (2013-06-22 03:49:42)

+8

4

Клинт стоял в паре шагов позади президента Германии, в то время как тот вел переговоры с этим божком Локи. Даже находясь на расстоянии, лучник слышал нотки его голоса, вызывающие ни что иное как неприязнь, раздраженность и даже гнев.
-Германия не отдаст свою свободу даже под угрозой войны. -Закончил, наконец, президент. Как и положено, голос его звучал уверенно, настрой был самым решительным, насколько это возможно. Но Клинт почему-то задумался: «Уверены ли Вы в этом сами, мистер Президент?»
-Надо немедленно объявить военную готовность! Немедленно! – редко можно было увидеть Бартона таким взволнованным. Он начал говорить, как только телефонная связь была прервана. Да, Хокай не знал, какие виды оружия есть в распоряжении армии, не знал и точного числа солдат, не имел понятия, какого плана могут придерживаться армейцы, но он отлично знал Локи. За то недолгое время, что им пришлось общаться, Бартон прекрасно понял его сущность. Невольное чувство беды коснулось души Соколиного Глаза, он снова осмотрел присутствующих привычно прицельным взглядом.
-Ну, не стоит сразу тревожить людей. У нас достаточно мощные военные силы, способные долгое время держать оборону! – излишняя самонадеянность генерала немецкой армии просто бесила Клинта. Однако он здесь подчиненный. Фьюри не давал распоряжений командовать. Он лишь приказал поступить в распоряжение… И оказать всестороннюю помощь. 
-И все же прислушайтесь к моим советам, генерал… - этот самоуверенный индюк вряд ли поступит так, а потому Клинт обратился к, как ему казалось, более адекватному человеку. – Мистер президент, - Бартон, в глазах которого теперь виднелась не только «рабочая» озабоченность, но и легкий гнев, пристально уставился на президента.
Прошло уже много времени с тех пор, как Локи в первый раз попытался завладеть Землей и поработить человечество. Щ.И.Т. знал, что он не отступится от этой идеи, но никак не мог ожидать такой ярой поддержки этого бога со стороны своего народа.
Что касается Германии, Локи не позволил городу даже проснуться, когда в небе показались военные машины. В мгновение ока на землю Германии, некогда такой мощной и непобедимой державы, обрушилась лавина снарядов, разрушающих все на своем пути.  Да, Соколиный Глаз и агенты Щ.И.Т.а в это время были уже на позициях, но никто и не ожидал, что первая же атака повстанцев снесет пол города к чертям собачьим. А все это время на рекламных экранах города люди могли наблюдать наглую, ухмыляющуюся рожу Бога Обмана. Довольный, своими грязными делишками, он скалился со всех экранов… «Мерзкий тип…» Только оказавшись на улице, Хокай тут же запустил горящую стрелу в один из экранов. Картинка моментально начала плавиться, и изображение трикстера сгорало изнутри. «Я доберусь и до тебя самого.» Гневно отметил стрелок этот маленький пунктик у себя в голове.
-В темпе, в темпе! Шевелитесь! – Теперь, когда ситуация стала аховой, Клинт таки получил разрешение действовать. Он решительно направлял отряд за отрядом на различные улицы города. Несомненно, агенты Щ.И.Т.а и солдаты армии Америки, прибывшие поддержать Германию, были более опытными в вопросах потусторонних гостей, нежели отшлифованные на банальную службу немецкие солдатики, однако сейчас дело было не в родине врага. Вовсе не в этом. Это была просто Война.
-Это война, ребята! Уводите штатских, уничтожайте врага.- Бартон отдавал короткие приказы, которые должны напоминать о главной цели. «Спасти город и жителей…И уже потом разобраться с противником.»
Вместе со своими ребятами Бартон устремился на восток города. Там творился полный хаос. Паника возросла до предела, люди, напуганные и ошеломленные столь неожиданными событиями, выбегали на улицы, то и дело, попадая под обстрелы и бомбежки.
Отряд Бартона неплохо справлялся, пока продвигался к центральной улице района. Они довольно ловко убирали врагов на своем пути, уводя при этом в укрытия мирных жителей.
Всюду кровь, крики, стоны, бездыханные тела. Вот он, момент, когда простые солдаты сражаются, гибнут и отдают всего себя для достижения более великой цели – уничтожения врага и спасение родины. А герои готовы на собственном примере показать, что бороться за свободу и жизнь стоит. Да и как может быть иначе или как можно даже думать иначе, когда за спиной солдат и даже простых жителей страны стоят тени их близких, которые взывают о помощи.
Клинт работал теперь, не интересуясь тем, что происходит вокруг. Он уже не замечает, что идёт война, что гибнут люди, а вокруг политики вещают о её значимости для всего народа. Да, президент наконец огласил о ситуации, пытается успокоить людей с экранов телевизоров и в радио эфирах. Только вот люди уже давно поддались стихийному ужасу, этой неуправляемой силе, еще более страшной, чем атаки врага.
Меткий выстрел убрал снайпера на вершине пятиэтажного здания. Хокай указал направление движение для своего отряда. Сам направился с противоположной стороны. Неподалеку приземлился самолет, пробиться к нему было не просто. Очередной рад взрывов прогремел совсем близко от Клинта. На какое-то мгновение зрение стало чуть мутным, но он все же хорошо разглядел человека, вышедшего из кабины. «Черт. Норт…» Бартон сразу узнал его, и в груди с новой силой взбурлила ярость. Вырубив резким и четким ударом приблизившегося врага, Клинт прицелился и выпустил стрелу. Она попала ровно в корпус самолета, пролетев в максимальной близости от  плеча его старого знакомого, вероятно даже задела его форму. «Чтож, не ожидал тебя встретить здесь…»
-Норт, эт ты что ли? – Голос Клинта был весьма спокойным, хотя и отдавал нотками напряжения.

+4

5

"До последнего вздоха.. Да. Я лично хочу услышать последний вздох последнего человека в этом городе."
Казалось бы уже привычное чувство, смесь страстной ненависти и безумия, будто передавалось вместе с голосом асгардца, приобретая новые оттенки. Гадюка рефлекторно обвинила себя в каком-то внутреннем восхищении своим, так сказать, начальством, но это было неважно. Ведь как же прекрасно-заразительно было то состояние. Ни разу еще предвкушение битвы не было для Офелии таким сладостным. Возможно потому, что таких масштабов для проявления своей злости ей еще не предоставляли. Этот этап войны был обречен на успех, это было ясно всем, и только там, внизу, мерзкие политики и самонадеянные глупцы почему-то были несогласны. Чего они, интересно, хотели добиться? Продемонстрировать смелость? Умереть с достоинством? Смерть всё равно смерть. И сейчас, когда от предвкушения разрушений, нанесенных собственными руками, сбивалось дыхание, было бы даже плевать на мольбы о прощении, плевать если бы этот город стал на колени, плевать если бы они сдались.. Офелия чувствовала, что все равно попыталась бы разнести всё это вдребезги, чтобы ощутить эйфорию от собственной жестокости. На секунду в голове снова пронеслась мысль о подчинении приказам вышестоящих, но в этот раз Гидра отогнала её моментально. Ей не хотелось сейчас думать о том, что когда-нибудь ей придется выполнять приказы, которые будут ей не по нраву. Сейчас, в данный момент она была согласна подчинятся тому, кто своими словами дает эту свободу, свободу злости и свободу смерти.
- Что ж, никаких блокад, никаких воздушных мостов. - "Это смерть, всепоглощающая и безумная." - Эх, Германия.. Ты была центром зарождения самых известных войн, порой даже не принимая в них прямого участия. Anscheinend, ist es dein schicksall.
Полковник резко развернула джет в нужную сторону. Не хотелось портить момент стратегиями, но что поделать, надо стараться не позволять эмоциям вытеснять логику. Но что же выбрать для первого удара? Магазины? Дороги? Жилые дома? Да всё. Склады, мосты, заводы.. Всё можно так или иначе  отнести к стратегическим пунктам. "О, и олимпийский стадион, на который мне так и не удалось попасть.. Сегодня уж я его увижу во всей красе." Гидра сухо отдала команду подчиняющимся ей бомбардировщикам и через несколько секунд на город с душераздирающим свистом полетела первая пара бомб. Да, когда-то Гадюке уже доводилось бывать в Германии. Тогда она лишь начинала свой долгий путь, помнится, она даже не служила в Гидре. Как же это было давно.. И сейчас, вспоминая те немногие знакомые места Берлина, Офелия с нескрываемым удовольствием ухмылялась, представляя что останется от всего этого через несколько часов. Вот и новая порция смерти. С шумом летит на город и яркой вспышкой озаряет все вокруг. Жаль отсюда не слышно криков людей. Гадюка тряхнула головой, пытаясь заставить себя успокоится. Но то, что она сейчас чувствовала была не ярость и не злость, это новое ощущение, ощущение величества смерти, которое застилало глаза и болью отдавалось в ладонях. И как это такое умопомрачительное чувство раньше проходило мимо Офелии.. Гидра вздохнула. "А генералу Норту, если я всё верно помню, достанутся вкусные достопримечательности. Надеюсь, он уничтожит ту здоровенную скульптурку на Шпрее - ненавижу бездарное исскуство."
Не смотря на попытки успокоится, состояние Гадюки было подобно опьянению. Она никогда не участвовала в таких.. акциях, она всегда вела ближний бой и плела замысловатые интриги в своей корпорации, пробиваясь всеми средствами на вершину карьерной лестницы. А теперь ей как-будто дали свободу. И как девки, впервые напиваясь в барах, поутру чувствуют стыд, так Мадам Гидра после такой битвы вероятно будет чувствовать некую вину. Нет, конечно же не за содеянное, а лишь за собственную эмоциональность. Ведь её маска всегда состояла лишь из безразличия. Всё остальное — злоба, безжалостность — было настоящим. Она и сама не знала зачем ей эта маска холодности, видимо, для пущей убедительности, но теряя эту маску Гадюка ощущала себя противно. Но кого это волновало сейчас, когда вокруг такой огонь, когда мир рушиться под твоими ногами, когда дышать становится так трудно, как-будто ты под водой, а над твоей головой воет темно-серое небо. К черту всё, такие моменты — лучшее что может быть в жизни. Логика пусть остается мужчинам, её стихия - хаос. И в этот хаос она, не моргнув глазом, вгонит весь этот чертов город.

Отредактировано Ophelia Sarkissian (2013-07-20 01:30:48)

+8

6

Джет, где находился Локи, продолжал свой полет в небесах над Берлином, но сам трикстер, воспользовавшись телепортацией, оказался внизу, на уже пылающих улицах немецкой столицы. Он шел по проезжей части, и насмешливая ухмылка играла на его тонких губах. Шаг его был размеренным и спокойным, асгардец беззастенчиво наслаждался происходящим вокруг. По обочинам с криками и плачем бежали испуганные смертные, далекие от политики и судьбоносных решений, что принимают сильные мира сего. Несколько минут назад эти люди думали о своих насущных делах. Что купить вечером в магазине по пути домой, не кончилось ли молоко, не заметил ли босс неточности в отчете, и ах, нужно обновить статус в фэйсбуке. Несколько минут - а город уже пылает, как факел, и все эти крошечные мысли отступают перед единственным стремлением: выжить.
Навстречу Локи устремилась военная машина, и он, недолго думая, выпустил в нее заряд из кольца Спектра. Автомобиль перевернулся в воздухе и грохнулся на тротуаре, придавив несколько гражданских. Паника усиливалась, и вместе с тем росло настроение трикстера. Посреди этого хаоса он чувствовал себя, как рыба в воде. Этот хаос меняет течение истории, этот хаос - зародыш нового мирового порядка, в котором правителем станет Бог Лжи. Это его война. Это его люди сейчас летают над городом, осыпая улицы бомбами, его люди проникают в Берлин и убивают за Локи, а быть может, и умирают.
It's the moment of truth and the moment to lie
The moment to live and the moment to die
The moment to fight, the moment to fight, to fight, to fight, to fight

За его спиной образовался завал из машин. Входя в раж, Лафейсон направил руку на впечатляющего вида здание торгового центра и, собравшись с силами, обрушил на него магию кольца. Улица потонула в грохоте, мгновенно превращаясь в кладбище из руин, тонущее в пыли. Выжившие обнаружили себя в тупике, запертые, как крошечные зверьки, в этой клетке из падшего молла с одной стороны и груды горящих автомобилей - с другой. Они метались в безотчетной надежде на выход, видя не дальше расстояния полушага, пока дымка не рассеялась, и они смогли созерцать силуэт высокого длинноволосого мужчины, что стоял на вершине горы из развалин здания.
- Вам следовало подчиниться мне, когда у вас был такой шанс, - произнес он голос ясным и холодным, как зимнее утро, - внемлите мне. Взгляните на мое лицо. Меня зовут Локи, и я буду править вашим миром, - трикстер раскинул руки в стороны, пронзая взглядом одного за другим смертных, - полагаю, что сегодня вас ожидает бесславная кончина. Но ежели кто-то из вас выживет, - он сделал паузу, а его жертвы, захваченные его речами, будто гипнозом, ловили каждый его жест, каждое слово, - расскажите всем, кто встретится на вашем пути, о неминуемой гибели, ожидающей любого, кто откажется мне присягнуть.
В рядах зрителей выступления Лафейсона находилась средних лет женщина, чьи мысли сейчас были лишь о ее сыне, что сейчас находился в школе. В этот момент мальчик уже был мертв, и хоть она того не знала, тяжесть дурного предчувствия сдавила ее сердце. Не помня себя, она гневно закричала на Локи. Она называла его бездушным монстром, сумасшедшим убийцей, и голос ее был громким и чистым, несмотря на ее малый рост и хрупкое телосложение. Красивые черты Локи ожесточились. Окружающие смотрели на нее, и все внутри них скручивалось узлом от ужаса и напряжения. Кто-то тихонько всхлипывал, плача без слез, нервно, сухо. А маленькая женщина все кричала на бога, смотрящего на нее безразличным взглядом. В какой-то момент, казалось, ему это надоело, и он медленно поднял указательный палец, призывая ее к тишине. Этот жест оказался незамеченным, и тогда она замолкла внезапно, схватившись за горло, начиная задыхаться. Стоя на вершине из руин, Локи сжимал руку в кулак, все также бесстрастно смотря на непокорную смертную. Когда трикстер разомкнул пальцы, она упала замертво, и Лафейсон еле заметно довольно ухмыльнулся.
- Я мог бы покарать любого из вас, - произнес он, - но я пришел не ради убийств. Подарите мне свою свободу. Любите меня, бойтесь меня, делайте, как я повелю, и я дам все, что вам нужно.
Он направил руку на обломки рядом с собой, заставляя завалы расчищаться. Когда образовалась некая тропинка, Локи взглянул на своих слушателей - те стояли, словно оцепеневшие, все еще захваченные присутствием бога и собственным страхом. Трикстер тайно упивался всем происходящим. Он крутил людьми, как только желал, он чувствовал свою почти осязаемую власть над ними, в душе улыбаясь их ужасу. Приглашающим жестом он указал рукой на "путь к спасению". Смертные поначалу с опаской двинулись к тропе, но затем помчались во весь опор, позволяя панике завладеть их сознанием, а адреналину течь по их венам, заставляя их бежать все быстрее.
"Надеюсь, кто-то из них выживет" - подумал Лафейсон, глядя вслед своим жертвам, - "Впрочем, неважно. Оказывается, Тор был в чем-то прав. Война - это весело".

+7

7

Однажды уже Берлин был разделен на две части, и вот сейчас история зашла на новый виток. Правда теперь последствия были более разрушительными, более кровавыми. Запад города планомерно превращался в почти что однородную смесь из кусков бетона, осколков стекла и обожженных человеческих тел. На востоке все еще можно было спастись.. правда вот ни спрятаться, ни убежать уже не получилось бы. Люди, отрезанные от выездов из города, выгнанные на улицы, стояли, подобно живым мишеням, под открытым небом и ждали своей участи. Они внимали словам Локи. Они слушали и они умирали. Или выживали. Никакой четкой последовательности не было: кому-то повезло, а кто-то был подвергнут показательной казни. Странно, но генерала это мало волновало. Да, гражданские. Да, несправедливо. Но разве возможна война без жертв? Или это лишь самооправдание?...
Стрела полоснула ткань шинели генерала и впилась в обшивку самолета за его спиной.
Норт узнал руку стрелка, не стоило даже поворачивать головы. Впрочем, поздороваться все же не лишнее.
Не спеша Джеймс перевел взгляд в сторону, откуда прилетела стрела, и чуть улыбнулся Хоукаю.
- Ну привет, Сокол, - произнес он еле слышно, понимая, что с такого расстояния и в этом шуме его слов не расслышать даже если он будет кричать.
Все так же демонстративно расслабленно, не поднимая, сомкнутых за спиной, рук, он направился навстречу бывшему собрату по оружию. Сейчас это самое оружие было направленно на него. Норт прекрасно знал, что в случае чего Клинт не промахнется.
- Итак, ты не изменил своей позиции, - начал Джеймс, остановившись там, откуда Бартон уже мог его слышать, - Я не сомневался в этом. Хотя признаю, что мне жаль.
Он отвлекся от собеседника и, чуть прищурившись, посмотрел на полуденное небо. Ясно, ни облака. Только самолеты Армии вспарывают синеву словно лезвия. Бомбардировщики летят низко, как птицы перед дождем. Чуть выше - истребители. Прикрывают. Хорошая расстановка сил. Как раз для быстрой войны, немцы же ее так любят...
- И что ты будешь делать теперь? Драться до последнего? Попытаешься меня убить? Спасти людей? Последнее тебе под силу.. скажи им, что сопротивляться бесполезно. Они послушают своего героя. Они будут жить... Ты же никогда не верил в бой ради боя, верно?
Генерал рассмеялся. Опять эти "рассуждения о чести и доблести". Если сейчас попытаться заново завести спор о том, что гуманно и что негуманно на войне, то, пожалуй, можно погрязнуть в этой софистике навечно. Но вот чувства Бартона.. Джеймс знал наверняка, что спокойно наблюдать массовые убийства лучник не сможет.
"Он никогда не умел смотреть на вещи шире."
Ровно за спиной Сокола Локи разыгрывал кровавую сцену. Бог не изменял своим слабостям: магия, жестокость, зрелищность. Жить несчастным заложникам оставалось недолго.
- Гражданские забаррикадировались в здании на Пастёрштрассе. Оказывают сопротивление, - раздалось в наушнике.
Вовремя. Как по заказу.
- Сжечь.
Норт отдал приказ спокойным голосом, но достаточно громко, чтобы Хоукай смог расслышать. Через секунду соседнюю улицу озарили оранжевые сполохи огнеметов. Теперь уже смерть пожинала урожай с двух противоположных сторон.
- Не обращай внимания, друг мой, у тебя есть более важные дела. Личная месть, например.
Джеймс быстро вскинул пистолет, который все это время держал за спиной, и направил дуло ровно лучнику промеж глаз.
- Если желаешь устроить разборки - я к твоим услугам. Но, поверь мне, я не хочу лишних жертв.

+6

8

Офф: Пропускаем должников. Николас, отписывайся.

0

9

Офф: Наивный Ник подумал, что все пропустил.

Какая злая ирония: все войны, тревожившие мирный покой, начинались именно тут, в Германии, и опять же ей достается участь стать колыбелью новой войны. Но уже не немецкие солдаты будут идти по руинам и телам, а солдаты Его, пришедшего из иного мира, бога. А людям лишь остается в который раз склонить голову и подчиниться воле сильнейшего...
Николя никогда не был в Германии, потому увидеть столицу этой могущественной страны ранее не мог. Увиденное же его поразило - такой город было жалко громить даже ему, человеку, который обычно не жалел ни о чем. Промелькнуло в душе какое-то болезненное чувство о том, что же они оставят новым поколениям, кто придет на эти руины? Уничтожить собственную историю легко, но вновь восстанавливать ее по крупицам из-за алчности и жажды завоевания мира? Глупо, бессмысленно. Они строят новый мир, разрушая старый...
"Порой в мою голову лезут очень глупые мысли," - пронеслось в голове у Николаса. Он быстро отбросил все сожаления, забыв о щемящем чувстве в груди. - "Просто представь, какое отличное пожарище выйдет из этого города, колыбели всех войн!"
Огнемет, собранный именно для этой цели - убийства, привычно лег в руку. Сейчас он не будет воевать лишь за дурочку Сиеберн, ему нет нужды заботиться о других членах отряда. Николя никогда не ощущал себя таким свободным. Нажал на спусковой крючок - и волна пламени окатила продуктовый магазин. Внутри послышались жалобные крики мирных жителей, посмевших не склонить голову перед Ним, новым богом этого мира. Как наивно!.. Молоко без жалости сжигал их, неверных в своих рассуждениях, решивших встать на сторону якобы добра и справедливости. Глупцы! Слабый должен подчиниться сильному, никак иначе.
Запах сгорающей плоти приятно защекотал ноздри. Вздохнув полной грудью, Николя рассмеялся, широко разведя руки в сторону - как же хорошо! Так он себя не чувствовал еще со времен службы на Сиеберн, когда им удалось захватить вражеский лагерь и его бывшая госпожа милостиво позволила ему сжечь там все дотла, прекрасно помня, что внутри находятся живые люди. Юные детишки, пошедшие на войну, их лица он будет помнить вечно, они снятся ему в прекрасных снах!.. А здесь - так же!
Прекрасная сказка об убийстве людей. Не подчинился? Убей. Сожги. Побежал прочь? Догони, прикончи ножом в горло. Начал просить пощады? Николя не знал этого слова еще со службы на фрау Сиеберн, там, на той войне, его просто не было - либо ты убиваешь, либо тебя. Пленников не брали по этой же причине. В лицо трусу полыхнул огонь, он закричал. "Столь прекрасная песня боли... Как давно я ее не слышал..." - подняв голову к небу, Николя равнодушно посмотрел на горящий купол церкви. Эти глупцы решили попросить помощи у своего бога... Как наивно. Они были казнены пламенем его, верного пса Лафейсона. А их бог таки не помог, равнодушно смотря на своих глупых детей.
Смотреть на то, как пламя медленно поглощает церковь, Николя мог бы вечно. Но в этом городе осталось столько мест, где он еще не был, мест, которые бы еще прекрасней смотрелись в расцветающей цветке огня. Неспешно развернувшись, Молоко побрел в другую сторону, где остались целые здания, где остались люди. Пусть они бегут, считая, что смогут спастись. Пусть кричат, молят о пощаде, целуют ноги и плачут. В этом городе для Николя нет никого, кого бы он мог пощадить. Женщины, дети? Да, их убийство - самое сложное, когда разум начинает медленно проясняться, протестовать. Они слабы, их не надо трогать. Дети станут отличными подданными герра Лафейсона.
Смотря на мать, обнимающую своего ребенка, уже закрывшую глаза в ожидании своей участи, у Николя дрогнула рука. Что с ним? Раньше такого не было, раньше он с легкостью мог убить, даже не задумавшись. А сейчас в душе что-то протестовало, что-то мешало совершить обряд, столь любимый и привычный ему.
Опустив огнемет, Николя равнодушно посмотрел на этих двух. Слабые, плачущие... Они не молили о пощаде, а сразу приготовились к своей участи. Может, именно поэтому он и не смог убить их?
Женщина напоминала жену медика из их старого отряда, когда-то давно он показывал ее фотографию... Может, это она и есть? Медик ведь был немцем, он жил где-то в Берлине? Неужели этого сумасшедшего врача постигла та же участь, что и остальных? Или он догадался пойти под крыло Лафейсона, сохранив жизнь и себе, и семье?
Сплюнув на землю, Молоко раздраженно посмотрел на этих двух и развернулся, молча уходя.
А эти двое... Мать и дочь... Пусть живут. Если их не убил он, то настигнет кто-то другой. Все же убивать детей и женщин было сложно даже для него, пусть этим займется кто-то иной.
С каждой новой волной огня, лизавшей дома, дышать становилось все труднее. Николя молча посмотрел на противогаз, висевший у него на шее именно на такой случай. Неужели вновь придется одеть его, как в те старые времена службы в Туфорте? Маска неприятно пахла резиной, гарью - старыми привычными запахами, поднимавшими воспоминания с глубин памяти. Подняв глаза наверх, Молоко тяжело вздохнул и подумал о том, что подобный образ жизни его доканает. Он был прекрасен, спору нет, но... Нет, не то.
Не смотря на то, что противогаз долгое время пылился на полке, Николя без особых усилий одел его и поднял глаза на огонь. Теперь можно идти дальше, не опасаясь, что он задохнется и умрет. Хотя погибнуть тут, среди пламени, было бы райским блаженством, о такой гибели он мечтал... Но не сейчас. Слишком рано.
Впереди показался один из псов, решивших пойти против Него. В руках у этого человека было ружье, что удивило Николя - неужели тут, в Германии, остались люди, сохранившие оружие? Заметив шведа, тот человек был готов выстрелить, но не успел - реакция у Николя была выработана годами. Огненная волна окутала того пса, он завизжал и упал на землю, хватаясь за глаза. Неспешно подойдя к нему, Молоко поднял с земли ружье этого человека и направил на него.
- А ты веришь в магию?
Выстрел. Что же там, внутри этого глупого пса? Какой сюрприз он нам преподнес?
Звезды!
А внутри того, что бежит с вилами, рыдая и плача? Он похож на мертвого, наверно, это его брат. Что же он преподнес нам? Что скрывается под этой яркой упаковкой?
Звезды!
"Этот мир безумен, и я в нем счастлив! Никаких ограничений, ни-че-го! Я могу делать все, что пожелаю, только Он будет мне указом, и никто больше!" - а что скрывается под этим домом? Бомбоубежище? Там есть живые? Что смогут они преподнести Николя, что скрывается там? Что-то новое?
Динамит взорвался именно тогда, когда и следовало. Дом заскрипел и рухнул, что же там внутри?
Звезды!
Огонь и взрывы!
Люди бегут, плачут! Их нагоняет огонь! Люди прячутся, плачут! Кинь им гранату для счастья - их поглощает взрыв! А кто там впереди стреляет? Почему он так мажет? Глупый! Один выстрел из одолженной винтовки - и он падает.
Звезды!
Это самая обычная сказка об убийстве людей.

Отредактировано Nicolas Moloko (2013-08-12 21:00:15)

+4

10

Как быстро можно разгромить чуть ли не половину одного из прекраснейших городов Центральной Европы? За сколько часов, минут? Где-то под гудящими двигателями и широкими темными крыльями джета простиралось теперь поле руин. Конечно, дело еще не было закончено полностью, но с оставшейся частью справятся подчиненные на бомбардировщиках. А интерес и восхищение Гидры уже подутихли. Казалось все кончилось в считанные секунды. Ох, верно говорят, влюбленные часов не наблюдают, а Гидра определенно испытывала самые теплые чувства к хаосу и к собственной жестокости. Она опустилась чуть ниже к земле, чтобы еще ближе наблюдать результаты своих трудов. Да, время прошло быстро и незаметно, а теперь.. теперь оно остановилось, застыло, а еще точнее сказать - замерло. Все вокруг замерло, и люди замерли, обратив свои невидящие взоры к небу. Люди, павшие жертвами глупости правителей, которых они сами себе избрали. Они лежали теперь под завалами бетонных стен, под тем, что было раньше их домами и рабочими местами, лежали на дорогах.. кое-кто возможно даже еще дышал. Эйфория прошла, как, к сожалению, всегда бывает. Не было даже приятного послевкусия от полученного удовольствия, просто вернулось привычное хладнокровие. И Гадюка даже не могла определить для себя, хочет ли она теперь сохранять свою непроницаемую ранее маску или позволить себе хоть кусочек такого приятного.. безумия. Пролетев над разрушенными домами, Офелия решила направиться теперь в другую часть города. Она, увлекшись, явно управилась раньше, чем предполагалось, так что..
Посадить джет здесь было, в принципе, возможно, хотя свободных от смеси кусков железа, бетона и человеческой плоти площадок было, мягко говоря, не так много. Но смысл выходить здесь, если максимум что тут можно было бы сделать - это добить какого-нибудь, и так доживающего свои последние минуты, старика? "Я уверена, там, где еще остались живые, сейчас намноого веселее.." Внизу проносились развалины и еще целые дома, разгромленные дороги, с этой высоты можно было разглядеть даже трупы. И вот, в определенный момент, глазам женщины предстала интересная картина, творцом которой, само собой, мог быть только трикстер. С любопытством наблюдая за вереницей людей, тянущейся из организованной Лафейсоном ловушки к мнимому спасению, Гадюка, незаметно для себя, широко ухмылялась. "Что ж.. доложим о проделанной работе?" Офелия одной рукой достала из специального отсека парашют, поднимаясь параллельно на более значительную высоту. Садить джет? О нет, слишком скучно. Тем более, когда он так прекрасно подходит на роль очередной бомбы. Черт тут что рассчитаешь, правда.. Самолетик тяжелый, да и, с его аэродинамикой, вряд ли будет долго планировать. Обидно будет, если он рухнет на уже разрушенные здания. Но, раз уж давать волю безумию, так погружаться в него полностью, всей душой, всем сознанием. Забывать обо всем.. Резко развернув несчастный джет, чья судьба была уже предрешена, Гидра пыталась определить место, над которым ей следует совершить прыжок. "Да, с парашютом ты сколько уже не прыгала? Лет тридцать? Считай, молодость вспоминаешь." Женщина покачала головой, будто сама себя укоряя в чем-то, открыла задний люк и отключила двигатели. Аппарат тут же пошел на снижение.
Хотелось бы сказать что-то вроде «знаете это ощущение..», но сравнивать чувства от прыжка из падающего самолета с чем-то очень трудно. Чтобы привыкнуть к этим эмоциям, пожалуй, требуются месяцы, годы.. Шаг в пропасть, которая тут же радостно тянет тебя в свои объятья, заставляя на секунду растеряться и забыть обо всем на свете. По-своему восхитительное, уже забытое ощущение, заставляющее проснуться какие-то основные, уже давно застывшие глубоко в душе под гнетом безумия, инстинкты, по-своему пугающее и по-своему волнующее. Гидре вспомнились слова человека, с которым она прыгала когда-то впервые, много лет назад, скорее из интереса, чем из резкой необходимости. Слова о том, когда нужно раскрывать парашют, как нужно приземляться и чего ни в коем случае делать нельзя. Женщина невольно улыбнулась, резко дергая за кольцо. Через секунду внизу раздался грохот падающего джета, а еще через пару секунд — взрыв, показавшийся Гидре каким-то недостаточно мощным. Хотя с земли, вероятно, выглядело впечатляюще. Особенно вблизи. Офелия была достаточно высоко, но могла видеть, что самолет "приземлился" не так далеко (по меркам внушительных размеров самолета) от трикстера, позади него. "А тем несчастным, что стояли перед ним, наверняка представилась красивая картина.. Целое фаер-шоу как фон для главного героя этого судного дня." Женщина в очередной раз слабо усмехнулась. Да, упал джет немного не там, где планировалось, слишком близко к "ловушке" трикстера, но, в конце концов, на людей плевать, а её предводителю ничерта не будет с небольшой ударной волны и пары обломков, бог он или кто..
Еще немного и земля окажется под ногами. Но нет, сегодня ведь ничто не шло так, как хотелось бы, так что под ногами оказались обломки бетонных блоков. Впрочем, ничего другого уже и не могло быть здесь. Неприятный толчок, слабой болью отдавшийся в левой ноге; спасительный кусок нейлоновой ткани мягко опускается где-то за спиной. Повозившись немного с раздражающими ремешками, Гадюка откинула эту, уже ненужную, «амуницию» в сторону и подняла взгляд на Лафейсона, вглядываясь в его лицо в поиске каких-то эмоций. Она приземлилась там, где недавно организовал свою ловушку трикстер и часть людей была здесь еще жива. А вот за тех, кто ушел по «тропинкам» за спасением, Гидра ручаться была не готова. Женщина чуть развела руки в стороны, стараясь подавить восхищенную улыбку от вида испуганных, раненных и обезумевших людей, оставшихся в живых, силящихся выбраться из-под завалов, что-то кричащих.. Довольно быстро пробравшись по завалам ближе к своему командиру, так, чтоб ее было слышно, Офелия чуть склонила голову вниз, в то ли приветственном, то ли извиняющемся жесте. Губы чуть дрожали, пытаясь стать ухмылкой, которую Гадюка сдерживала уже с трудом.
  - Ничего не могла поделать. - она снова подняла голову, пытаясь все-таки разглядеть в глазах трикстера его реакцию. "Уж очень хотелось убить еще пару десятков людей" - закончила про себя предложение Гадюка. Что ж, кто его знает, как отреагирует Лофт на ее незапланированную выходку. Безразличие? Злоба? Ей было интересно что будет дальше. Впервые за много лет она не задумывалась о последствиях, не планировала, не шла хладнокровно к какой-то цели, а просто наслаждалась моментом. Это дорогого стоит. А что стоят жизни людей? Да, о разбитом джете может и можно было бы печалиться, но.. "Посмотрим, чем все обернется."
оффтоп: если что, это было сильнее меня.

Отредактировано Ophelia Sarkissian (2013-08-12 22:14:33)

+4

11

Непрерывный шум, грохот, крики - все это продолжалось и продолжалось. Хокай смотрел по сторонам - везде была только смерть и разруха. Не раз ему доводилось видеть большое количество смертей, большое количество трупов... Но здесь ве было иначе. Сейчас, прямо перед его глазами, на виду у всего мира Локи и его армия разбирали некогда огромный город на мелкие кусочки. Будь Берлин мозаикой - теперь даже самый профессиональный сборщик не смог бы ничего поделать. Настолько безысходным и печальным было положение германской столицы.
Бартон, выпустив несколько стрел, поражающих противников, ненадолго остановил атаку, когда Норт - в прошлом его лучший друг, отличный боевой генерал, двинулся в его сторону.
- Итак, ты не изменил своей позиции,- начал Джеймс. "Ты еще сомневался в этом? Не настолько, видать, ты хорошо меня знаешь..." - Клинт ухмыльнулся. И снова... Второй раз, когда Норт оказывается непосредственной мишенью Клинта. Но Бартон опять медлит. Если бы он был уверен, что смерть генерала остановит все происходящее безумие - он бы не раздумывая выпустил стрелу.
Но ведь и дураку понятно, что Локи совершенно не важно - жив генерал или нет, если нет - он найдет нового. Возможно, он немного пожалеет, что потерял такого бойца, а может быть найдет в этом даже выгоду. Конечно, Соколиный Глаз думал об этом. "Может и стоит в этот раз решить все быстро. Но не думаю, что минутная слабость во имя мести, стоит дальнейших угрызений совести."
И что ты будешь делать теперь? Драться до последнего? Попытаешься меня убить? Спасти людей? Последнее тебе под силу.. скажи им, что сопротивляться бесполезно. Они послушают своего героя. Они будут жить... Ты же никогда не верил в бой ради боя, верно?- "Ты не поверишь, Норт, я и сам задаю себе эти вопросы..." Лучник не стал озвучивать свои мысли. Но и ответить на вопросы он сейчас не мог. Он просто не знал ответа на них.
Сейчас, когда люди, не имеющие толком понятия за что им такие страдания, носились по улицам, или забивались в подъезды и всевозможные щели, молили о пощаде... Бартон понимал насколько бессильны тут и армия Германии, и армия США, и Щ.И.Т.
Но как бы там ни было, сдаваться Хокай по-прежнему не собирался. Именно в такие моменты и нужны герои. Когда обычные люди верят, что надежды больше нет, когда всем кажется, что война проиграна. Должны оставаться герои, даже если на самом деле ситуация уже не исправима...
- Разве что в бой, ради забавы. - Какая-то нотка сарказма прозвучала в голосе стрелка. Он и сам толком не понял, что навеяло ему такой ответ. Возможно причиной послужило кратковременное воспоминание - на несколько секунд Бартон вспомнил последнее дело с Трикшотом, когда они направо и налево перестреляли приличное количество народу...  Тогда Хокай даже вошел в раж. Но все это было далеко в прошлом. В самой глубине прошлого.
Джеймсу всегда хорошо удавались приказы. Вот и теперь - он стоял перед Клинтом, на все сто уверенный в себе и правильности своих действий. Одним коротким словом, не требующим особых жертв обрек на верную смерть несколько десятков, а может и сотен людей: - Сжечь.
Рука Хокая тут же подалась назад, тетива лука до предела натянулась, а наконечник стрелы смотрел сейчас ровно промеж глаз генералу армии лжеца Локи.
Еще больше криков послышалось где-то справа, а глаз лучника уловил ярко-оранжевые вспышки. В голове моментально предстала картина... Страшная картина, представляющая жуткую реальность.
- Не обращай внимания, друг мой, у тебя есть более важные дела. Личная месть, например.
"Черт возьми! И он прав!" Хокай понимал все по своему. Естественно, все, что говорил Норт, он принимал в штыки, а значит обдумывал совершенно противоположное значение. И да - личная месть сейчас была на самом последнем месте.  - Ну и сволочь же ты, Джеймс...
Если желаешь устроить разборки - я к твоим услугам. Но, поверь мне, я не хочу лишних жертв. Генерал поднял пистолет. Вот он. Момент, когда два человека, обычно сражающихся спина к спине, теперь стоят друг к другу лицом, направляя друг на друга оружие.
Эта ситуация не имеет выхода - ведь оба - непревзойденные стрелки и мастера своего дела. Норт настолько же быстро нажмет на курок, насколько сам Клинт быстро отпустит тетиву.
А там немного позади, огонь пожирает несчастные души невинных людей.
Клинт опустил лук.- Тебе придется стрелять мне в спину. Уверенно, с отчетливой ноткой ненависти произнес Бартон. После чего развернулся и быстро направился в сторону пожара...

Надежда умирает последней. Так говорят. Только вот агент Бартон уже прекрасно знал - как бы не торопился он, как бы ни старался, на месте пожара уже не останется ни одной живой души.

Отредактировано Clint Barton (2013-10-01 00:30:22)

+3

12

Все получилось так, как и рассчитывал генерал. Хоукай не смог выстрелить сразу, и он не решился ввязаться в борьбу, пожертвовав хоть ничтожным шансом спасти людей.
Норт смотрел поверх мушки на удаляющуюся фигуру Клинта. 
"Пусть уходит. Пусть мир видит, что герои были на месте бойни. Герои выжили. Но не спасли берлинцев."
Он опустил оружие, как и обещал.
- Уходите, - бросил он в рацию своим людям, - Через минуту у вас будет Соколиный Глаз.
В это же мгновение мир пошел ходуном: за спиной обрушилось здание, перед глазами захлопнулась ловушка Локи - ужасное шоу, а вместо софитов взрыв джета Гадюки. Земля под ногами дрожала, скоро все должно было кончиться. Джеймс закрыл глаза, отдавая беззвучный приказ Невидимкам, словно королевским глашатаям, идти на все четыре стороны, и нести кровавое послание так далеко, как только они смогут, идти и действовать самостоятельно. И жестокость, обличенная в плоть, подчинилась. Она оттолкнулась от командира и разошлась кругами как пульсирующая взрывная волна, поражая квартал за кварталом.
Норт стоял под пулями, зная, что ему ничего не грозит. Ему и остальным, более всего заслуживающим смерти. Он наблюдал за работой своих братьев по оружию - смотрел как методично и с наслаждением Молоко взрывает дом за домом, сжигает летние кафе, кутает бегущих людей в яркие оранжевые одежды.. Генерал видел, как Офелия пришла посмотреть на праздник. Как Локи широко и открыто улыбается тому, что его воля наконец восторжествовала...
Уже в небе, покидая разрушенную древнюю столицу, мужчина думал о том, что же все это было. Шаг к спасению мира? Бессмысленная пытка? Все это: смерти, пожары, то, что он отпустил Хоукая оплакивать собственную беспомощность... Хотел ли он преподать урок или просто наслаждался чужими мучениями? Пощадил или обрек?
Офицер отогнал навязчивые мысли и зацепился взглядом за силуэты армейских джетов, рассеивающихся над враждебным небом. Они уходили в ту же дымку, откуда обрушились на Европу. Уходили палачами, чтобы однажды войти в город через главные ворота, как победители.
Через два часа по всем немецким каналам шла одна и та же трансляция - канцлер Германии объявил о выходе страны из Коалиции Сопротивления.

+2

13

ЗАКРЫТО

0


Вы здесь » Loki's Army » Архив эпизодов » 15.06.2016 This is war (Х)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC