Наша группа ВК
Таймлайн

Vesta : Ramirez
Kravetz
Добро пожаловать в прекрасный Мидгард, который был [порабощен] возглавлен великим богом Локи в январе 2017! Его Армия долго и упорно шла к этой [кровавой резне] победе, дабы воцарить [свои порядки] окончательный и бесповоротный мир для всех жителей Земли. Теперь царство Локи больше напоминает утопию, а люди [пытаются организовать Сопротивление] счастливы и готовы [отомстить Локи и его Армии за их зверства] строить Новый мир!
В игре: 12.2017 | NC-21 | Эпизодическая система

Loki's Army

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Loki's Army » Архив эпизодов » 17.05.2010 Hawks will not pick out hawks' eyes? (Х)


17.05.2010 Hawks will not pick out hawks' eyes? (Х)

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Название эпизода 
Hawks will not pick out hawks' eyes?
Время игры
17.05.2010
Персонажи
Domenic Draven, Travis Gunner
Место действия
США, Новый Орлеан, психиатрическая лечебница (бывшее место работы Доменика Дрейвена)
Описание
  Как-то в молодости, как раз в промежутке между двумя периодами учебы в университете, Трэвис Ганнер вместе со своей матерью отправились погостить к дальней родне в Новом Орлеане. За два дня постные лица родственников так довели его, что он загулял и нанюхался в хлам. Мать в приступе родительской заботы,  а так же по наущению родни, приняла волевое решение – положить сына на лечение в госпиталь. Точнее – в дурку. Но у самой у нее не хватило сил подписать бумажки, и за нее все документы оформлял брат.
  Доменик Дрейвен обнаружил в регистратуре карту некоего молодого парня, неработающего, неучащегося, неместного, которого притащили в больницу дальние родственники, и решил, что это идеальный материал для очередного эксперимента.
Очередность
Domenic Draven
Travis Gunner

http://s5.uploads.ru/2AtJE.gif
http://s4.uploads.ru/VrJ1e.gif

Отредактировано John Smith (2013-07-01 13:00:00)

0

2

Привет. Сегодня будет чудесный день. Я чувствую это. Как думаешь, а?
Голубь за окном не среагировал на направленный поток мысли. Где-то в этой вселенной мироздание пожадничало, запретив делиться мыслями с тупыми пернатыми скотинами, которые так прекрасно подходили на роль слушателя. К примеру эта громкая скотина была слышна даже через больничное стекло. И почему они трясут головой при ходьбе?.. Иногда Ник думал, что позвоночник голубя раздваивается где-то на середине и сразу уходит в ноги. Это единственное объяснение того, почему на каждый шаг эта дурная птица трясет своей дурной башкой.
Доменик вздохнул, отвернулся от окна и, задумчиво глянув на настенные часы, вышел из кабинета. Сегодня день должен был быть скучным. Мироздание так решило с самого утра. Сейчас было ровно девять. А значит можно узнать что-нибудь новое от болтливого Гуннара.
Милый мальчик Гуннар работал в клинике стажером на полставки. Насколько помнил Доменик, он единственный со всего своего немаленького потока выбрал практику в психиатрической поликлинике. И, собственно, угадал. Практики больше, знаний – в разы, а работы, на удивление, меньше. Правда и окружение не из приятных. Но что поделать. Болтал малый без умолку, но говорил складно и порой даже интересно. А порой настолько, что Дрейвен умудрялся что-то запоминать.
Стоило только выйти в главную, как Гуннар тут же забыл про отчет, бросил его на стойку принимающей медсестры и бросился к смурному Нику.
- Утро доброе, мистер Дрейвен! Я тут слышал, новенького привели. Представляете, его сдали собственные родственники. Я думал, такое только в кино бывает! – Парень сиял, как чеканная монета. Ник сначала поморщился, потерев висок, а потом, на мгновение замерев, переварил полученную информацию.
- Новенький? – Гуннар, воодушевившись, метнулся к стойке, схватил отчет и сунул в руки Доменику.
- Да! Странный парень, кажется, наркоман. Но хрен его знает, что у него там.. ой, простите. – Гун побледнел под предостерегающем взгляде Доменика, вспомнил, что тот до ужаса не любит ругань от коллег. – В общем, его еще никто не проверял, никто не хочет за него браться. Мистер Уайт отдал его мне, но это скучно..
- Не возражаешь, если я его у тебя отберу? Взамен могу отдать под присмотр переведенную к нам неделю назад девушку с раздвоением личности. У нее в голове сидит три человека. И я до сих пор не смог понять, кто из них главный, в смысле, настоящий.
- Да! Конечно. Я не возражаю. Я еще не подписал отчет, так что этот парень официально Ваш. – Гуннар казался слишком уж счастливым. Дрейен усмехнулся, покачав головой, стащил у медсестры ручку, чиркнул свою подпись. Дойдя до своего кабинета, Ник еще раз взглянул в «историю болезни». Сдан то ли братом, то ли дядей. Наркотики. И, в общем-то, на этом все. Ну кроме того факта, что подокументам выходило, будто этот Ганнер – никто. Не работает. Не учится. И вообще живет не в Орлеане. А это наводило кое на какие мысли. Прежде чем отправиться знакомиться, врач прихватил с собой пару интересных склянок и три стерильных шприца.
Короткий взгляд на номер «палаты». Новое крыло, недавно отреставрированное впервые за сорок лет. В коридорах до сих пор пахло краской. Ник, сверившись с номером на листах и на стальной обертке двери, провернул ключ и вошел внутрь. Пациент спал, не отойдя еще полностью от транквилизаторов, которыми его накачали накануне. Судя по документам, привели его почти в полночь. Интересно.. Ник, подумав, сделал шаг в сторону, отодвинул со скрежетом складной стул без единого угла от стены, устроился поудобнее. Достав из нагрудного кармана очки, Доменик перевернул страницу. Трэвис Ганнер. Оставив карту на коленях, Ник два раза громко хлопнул в ладони. Парень на кровати вздрогнул, тут же схватился за голову.
- Доброе утро, мистер Ганнер. – Ник дождался, пока пациент среагирует на голос. Во всю насладился расширенными то ли с недосыпа, то ли от наркотиков зрачками. Снял очки, потерев переносицу. – Полагаю, Вам не стоит объяснять, где Вы и почему.

+3

3

«Грозный, который в «Бессоннице» тысячи бедствий соделал:
Многие души могучие славных героев низринул
В мрачный Аид и самих распростер их в корысть плотоядным
Копам окрестным и псам…»

   Резкий хлопок оборвал речь средневекового герольда, который с центральной трибуны в Белом Доме зачитывал приветствие в честь осужденного на галерную каторгу Трэвиса.
- Доброе утро мистер Ганнер! – Раздалось откуда-то из другой части обитаемой Вселенной. Ганнер разлепил веки и поводил глазами из стороны в сторону. Вокруг было слишком светло. Слишком много света заливалось в больные зрачки несчастного Трэвиса, и это ошеломляло не хуже приговора о тысяче лет каторги.
– Полагаю, Вам не стоит объяснять, где Вы и почему.
  Ганнер смутился. Он чуть не ответил «на небесах», потому что вокруг него были только белые пятна разной степени светимости, а существо, которое с ним разговаривало, не имело пока ни лица, ни четко очерченных контуров. Но уж слишком земной тон был у этого небесного посланника. С таким тоном к нему в детстве обращались полицейские, когда притаскивали вместе с остальной ватагой в участок, и Ганнер эту манеру слишком хорошо запомнил.
  Так где же он? Вчера он был в «Бессоннице». Это такой притон на окраине Нового Орлеана, там мешают неплохой крэк, но от крэка он отказался, хотя и показал класс, как его надо поджигать на ложке. А что же он тогда вчера глотал? Тошнота и частящий пульс недвусмысленно говорили о том, что он чего-то набрался. А еще болело небо, горло и саднило в носу. Нет, не глотал, а нюхал.
  «Мефедрон!» - Осенило парня. Точно, он вчера нанюхался мефедрона. Сначала одну дозу, через пару новых знакомств ему захотелось вторую, потом они пошли на улицу и убегали от полиции. Правда, полицейскому было лет девяносто, и он грозил им палкой. Потом они братались на улице с гидрантом, и Трэвиса полило водой…
  Все это он вспоминал обрывками, статичными кадрами посреди полного хаоса темных и светлых пятен.
«Ну ты кретин, Ганнер!» - Сообщил сам себе парень. Мефедрон как раз и был опасен тем, что его хотелось еще и еще, без перерыва. И об этом знали все, даже школьники.
  И все-таки где же он находится? Трэвис прищурился, чтобы количество света стало удобоваримым, и осмотрелся еще раз, на этот раз осмысленно. Белые стены, окно с красивой решеточкой, какой-то парень в белом  халате на вид ненамного его старше, но с таким невозмутимо-арктическим выражением на лице, как будто он его тут судить собрался. Сильно правильный что ли? Ганнеру это сразу не понравилось. Да и кому бы понравилось, если бы его разбудил с утра, больного, разбитого, нихрена не соображающего, прилизанный и весь такой тошнотворно правильный тип в сверкающих очочках?
- Видимо, я в больнице, и я тут отдыхаю, - Трэвис ответил самым беззаботным тоном, на какой был способен, и ценой немалых усилий заложил руки за голову. – Привет, док, спасибо, что зашел. Не подскажешь, какое сегодня число?

Отредактировано Travis Gunner (2013-06-22 04:02:43)

+3

4

О чем, интересно, этот парень думает? Хотя, судя по его внешнему виду, ни о чем. Или в данный момент и накануне вечером, или по жизни. Доменик больше склонялся ко второму. Хотя большинство его клиентов с виду были совсем не тем, чем оказывались на деле. К примеру, та миловидная дамочка с раздвоением личности была членом совета директоров крупной американской компании, занимающейся чем-то в сфере медицины.. в общем, не важно, на самом-то деле.
Ник с интересом разглядывал пытающегося улечься как можно более расслабленно мужчину. Или парня.. Дрейвен еще раз взглянул в карточку – он на шесть лет почти его младше. Интересная картина. Младше-то младше, а выглядит как сверстник. Интересно, чем он по жизни занимается? Вряд ли и правда безработный. Скорее.. хотя к чему это? Наверняка, отсюда он уже не выйдет. Или выйдет совсем другим человеком – это как карта ляжет..
- Надеюсь, отдых придется Вам по душе. – Ник позволил себе усмешку, вновь водружая очки на переносицу. Мир вернул себе неестественную четкость. Парня стало видно лучше. – Если не ошибаюсь, сегодня семнадцатое. Хотя я не уверен. Вам надо было бы поинтересоваться у медсестры, которая была тут часом ранее. Увы, вы пропустили утренний обход и лишились здорового завтрака. Хотя.. если задуматься, это даже хорошо. Лекарства лучше воспринимаются на голодный желудок.
Ник поднялся, сделал пару шагов в одну сторону, пару – в другую. Мысль на мгновение утекла в другую сторону, но Дрейвен молча себя одернул и, нахмурившись, с резким сухим стуком бросил карту пациента на стул. Ничего нового он оттуда не узнает, а все интересное уже знал наизусть. Трэвис Ганнер. Двадцать два года. Безработный. Наркоман. Родственники сдали в дурдом. Манерами, видимо, не обладает. Симпатичен, но не настолько, чтобы одуматься и отложить маленький эксперимент до следующего раза. Осталось узнать только одно..
- Меня зовут Доменик. Доменик Дрейвен. И Вы отныне и до выписки – мой пациент. Анализы на наркотики придут лишь вечером, но ждать мне совсем не хочется. – Голод сделал пару шагов к койке, смотря на Ганнера сверху-вниз. – Я буду Вам очень признателен, если Вы самостоятельно скажете мне, что именно и в каком количестве принимали накануне вечером. И ночью. – Задумавшись, Доменик на мгновение отвел взгляд, а потом вежливо, но скупо улыбнулся. – Без этой информации боюсь, что нужный укол может привести к весьма печальным последствиям. Надеюсь, Вы не хотите провести остаток своих дней в данном заведении, не воспринимая реальность и заливая окружающее пространство слюнями.
Дрейвен постарался улыбнуться как можно более вежливо, но улыбка все равно сквозила предвкушением, сарказмом и чем-то еще. Хотя, он почему-то был уверен, что зрительные нервы его новой игрушки еще не пришли в должное состояние. Надо бы ему как-то помочь.. Вытащив из нагрудного кармана небольшую стеклянную колбочку, Ник стряхнул на ладонь маленькую сероватую капсулу с красноватым порошком-наполнителем. Протянул все еще лежащему на кровати Ганнеру.
- Это поможет Вам избавиться от неприятных ощущений, которые, сдается мне, Вы в данный момент испытываете.

+2

5

Трэвис протянул руку, взял ампулу двумя пальцами и поднес к лицу. Его профессиональная составляющая ожила раньше, чем личностная, поэтому он первым делом попытался понять, чем его только что угостили. Но один из известных ему анальгетиков нельзя было давать, не выяснив, какие метаболиты еще бродят в крови наркомана. Единственное безотказное средство, которым снимали ломку в клиниках, – тот же наркотик. Он плоховато видел пока даже на таком расстоянии, но в глаза отчетливо бросился характерный красный цвет.
- Метадон? Нет, спасибо, я не героином вчера обдолбался, и меня не ломает, не надо подсаживать меня на заменители. И от него меня точно вытошнит.
  Он кинул ампулу на стоящий рядом столик и даже не обратил внимания, попал или нет.
- Хреновый ты врач, Ник, если начинаешь давать таблетки до того, как пришли анализы. А если собрался верить наркоману на слово – тем более, - доверительно сообщил парень.
  Он не хотел дерзить, правда-правда, просто у него было на редкость отвратительное настроение. Это нормально: после эйфориантов уровень дофамина падает, значит и настроение портится. У нормального человека должна была бы начаться депрессия, но Трэвис всю жизнь был слишком деятельным, слишком энергичным для депрессий, поэтому отходняк у него всегда проявлялся одинаково – он начинал плеваться ядом во все, что движется.
   К тому же он только-только начал соображать. Сегодня семнадцатое число. Его привезли накануне ночью и определили сюда. Если бы это был обычный диспансер, куда копы свозят отловленных на улице торчков, его утро началось бы не с забавного парня с голубыми глазищами, которые Трэвис рассмотрел даже в своем состоянии и даже сквозь линзы очков, а с принудительного промывания. Да и вообще: одноместная палата, личный лечащий врач, разговоры о выписке… все это было не к добру.
  Трэвис решил временно сменить жало на улыбку (получилось кривовато, но сносно) и расспросить парня, какого тут, собственно говоря, происходит.
- Ладно, не бери в голову. А меня зовут Трэвис. Я перестарался вчера с мефедроном. Похоже, туда намешали дешевую основу, иначе голова бы сейчас не болела. Больше никогда не буду покупать наркоту в вашем городе, - жизнерадостно резюмировал Ганнер. – Кольни мне токоферола, и я оклемаюсь.
  Он не очень понимал, что несет, а самое главное – не очень задумывался над этим.
- Ник, а где я вообще? Ты не поверишь, но я в наркологическом в первый раз, а все-таки это не похоже на обычную каталажку. Кто меня притащил? Я помню, как… - Трэвис чуть не сказал «мы», но решил, что это лишнее, - я удирал от какого-то старика, которого принял за полицая, но, по-моему, мне это привидилось. А больше я не помню никаких людей в форме, и сирен тоже не помню. Я, вроде, честно шел домой.
  Трэвис вдруг прищулирся:
- Да, точно. Слушай, я же точно помню, что дополз до крыльца, и чуть не блев… прости, док, в смысле, меня чуть не вывернуло в вазу с цветами. Синенькие такие, маленькие, знаешь? Воняют отвратительно, особенно с похмелья.
  Трэвис внимательно уставился на врача. Ему все еще не приходила в голову мысль, что попасть в больницу он мог как-то иначе, кроме как в полицейской машине. Заодно он смог рассмотреть парня получше и пришел к выводу, что, помимо голубых глаз, тот и в целом был ничего так. Даже очень ничего так, только слишком худой на вкус Ганнера, хотя к его аристократической чопорности худоба, пожалуй, шла. Саркастическую мину Трэвис еще не заметил.
  "Надо стянуть с него эти дурацкие очки", - заметила та часть сознания Трэвиса, которая никогда не забывала о главном принципе человеческого существования: "бери от жизни все".
"Сначала надо выяснить, что мне грозит, а потом уже развлекаться", - заметил более рассудительный и куда как менее бархатный голос.

[Здесь и далее два ученых-биохимика будут нести полную чушь с точки зрения медицины и фармакологии]

Отредактировано Travis Gunner (2013-06-23 12:45:01)

+2

6

Парень начал его просто поражать. Разглядеть в самодельной капсуле метадон.. хотя да, от метадона там что-то было. Доменик из интереса замер, разглядывая возлежащего в вольготной позе Ганнера. Он навевал мысли о домашних крысах, разжиревших и от нечего делать падающих с полочек, держа собственный хвост в зубах. Большие, пушистые, ухоженные домашние крысы. Ник любил этих зверюшек, но уже давно присмотрел для себя милого енота. Осталось его только прибрать к рукам.. О чем это я? Ах, да, метадон..
Парень всё болтал и болта, задавал какие-то вопросы и тут же продолжал вещать. Дрейвен подавил в себе смутное желание заткнуть парню рот. К примеру, углом казенного покрывала. Или еще чем-нибудь. Главное, чтобы он заткнулся. Капсула с самодельной смесью с еле заметным звуком скатилась таки со столика на пол и прильнула к серой стенке. Ох, да ладно тебе.. Это же свинство. Доменик страдальчески вздохнул, потер указательным пальцем висок. Подумал, что зря в это ввязался. Довольствовался бы лучше тем, что есть, а не рвался за новым пушечным мясом.. Вот надо же было ему, а?.. С этим идиотом его вполне могут поймать по горячим следам. Ему же рот просто так не заткнешь.. Разве что.. Идея, конечно, хорошая.. но весьма и весьма болезненная, скажем так.
- Трэвис Ганнер, двадцать два.. в смысле да, я знаю, как тебя зовут. – Смещение на «ты» вызвало в мозжечке легкое жжение. Доменику это не нравилось, но приходилось терпеть. И еще это «Ник».. В пору взвыть от того, насколько противно. – Это был не метадон. Но раз ты такой умный, то оставлю тебя в неведении, что же это было.. – Наклонившись, Дрейвен подхватил капсулу с пола и сунул обратно в нагрудный карман. – Фиалки. Наверное.. – Да, в задумчивом состоянии он готов ответить почти на любой вопрос, не отметив этого про себя. Интересная реакция, но Доменик редко обращал на неё внимание.
Достав из карманов ампулу и шприц, Голод сорвал со второго шуршащую упаковку, бросив её на столик, наполнил шприц прозрачной, чуть розоватой жидкостью. Когда-то такого цвета ему удавалось добиться с трудом. К этому раствору он не притрагивался с тех пор, как вколол его самому себе. Кажется, реакция была довольно веселой. На организм наркомана должно подействовать вдвое интереснее. Самое прекрасное в этой смеси было то, что колоть её нужно не внутривенно. И действует она в основном на мелкие сосуды и на мозг, а не на сердце, которое свободно прогоняет раствор через себя, никак не реагируя. Надо бы восстановить исходный состав и поколдовать с дозами препаратов – для интереса. Изначально это был рисперидон, эпинефрин и то, что получалось из ранее найденных соединений.
Чисто теоретически, после этого укола Ганнер должен почувствовать сперва ясность, легкость и отчасти даже повышение настроение благодаря небольшой дозе эндорфина. И самая прекрасная составляющая – mdea. Это, пожалуй, Дрейвен любил больше всего. Правда одна из смесей, которая присутствовала в растворе и до сих пор не получила названия, вступала во взаимодействие с примесью крови и наркотиков, что могло вызвать спустя.. скажем.. пять минут повышенную чувствительность. В каком-то смысле – в хорошую сторону. Вот только на ноги он встать при таком раскладе не сможет.
- Ты не в диспансере, Трэвис.
Ник улыбнулся почти даже виновато, взял парня за запястье и быстро, привычно и уверенно вколол смесь чуть выше локтя. Положил шприц на столик вместе с пустой ампулой, отошел к двери, открывая её и подзывая медсестру, попросив её принести стакан воды. Встав в дверном проёме, Ник склонил голову на бок, разглядывая почти растерянного парня. Дрогнувший темный зрачок дал знать о повышении настроения, которое логика организма не восприняла. Приняв у медсестры стакан с прохладной водой, Доменик запер дверь и вернулся к кровати, протягивая «спасение» парню.
- Твои милые родственники определили тебя в психиатрическую клинику. От зависимости в традиционном смысле этого слова мы, увы, не лечим. Да и планы у меня немного другие. - Отойдя в сторону, Дрейвен вновь присел на стул, не отрывая взгляда от лица Ганнера

+2

7

Трэвис с недоумением следил за тем, как врач вводит ему в руку что-то совсем уж незнакомое современной медицине. За это он мог поручиться: алхимик внимательно следил за всеми разработками в области препаратов, воздействующих на нервную систему, потому что из проверенных медикаментов получались лучшие крышеносные смеси.
- Странный ты какой-то, док, - успел он бросить до того, как Доменик заговорил.
  В парне и правда было что-то странное, хотя Ганнер пока не мог уловить, что же именно. Он был вроде бы спокойный, безразличный даже, а в то же время какой-то дерганый.
  Что бы Дрэйвен ни вколол своему пациенту, это явно не входило в стандартный курс снятия симптоматики. Потому что колол он не в вену, а в мышцу.
"Или он полный профан, или чертов экспериментатор. Даже не знаю, что хуже".
  Хотя Трэвис не успел об этом задуматься, потому что организм подозрительно знакомо отреагировал на препарат.
  "Все-таки наркота. Или просто гормональное?"
  Наверное, скорее гормональное, потому что мозгом Трэвис не поплыл. Он почувствовал, что ему вдруг стало лучше. Легче, веселее, даже как-то... жарче? Но перед глазами стало проясняться, и Ганнер не заметил, чтобы ему вдруг захотелось разглагольствовать про смысл жизни и биохимию - верный признак того, что он набрался.
Тут Доменик протянул ему стакан воды - очень вовремя, потому что в палате и правда становилось душно - и осчастливил очередной новостью: оказывается, Трэвис попал в дурку, и сдали его сюда дражайшие родственники.
- ...! - Не сдержался Ганнер. Ему было уже немного не до приличий. Он, кстати, знал, кто мутил воду.
"Когда я выйду, тебе не жить, дядя Джейсон", - мысленно пообещал Трэвис. Он живо представил себе пять вариантов мести старому надоедливому пердуну, начиная от наводки для полиции и заканчивая договором с местной мафией. И сразу почувствовал себя лучше.
  Ганнер посмотрел в свой пустой стакан, неожиданно отсалютовал им Доменику и провозгласил:
- Да и катись оно все в задницу, правда, Ник? Значит, полежу тут у вас. А какие у тебя на меня планы?
  Он протянул стакан, хотя и сам бы мог поставить его на столик, и, когда купившийся Дрэйвен наклонился к нему, изловчился все-таки стянуть с носа доктора очки. Да, Трэвис оказался прав: без дурацких стекляшек Ник оказался симпатичнее. Не то, чтобы на порядок, но градуса на два по Кельвину.
  И это были уже явно лишние градусы. Трэвис быстро спрятал очки под подушку и завозился (насколько позволяли размякшие в желе мышцы) под одеялом, скидывая его с себя.
- Если у тебя какие-нибудь неприличные планы, то можешь начинать прямо сейчас, пока меня разморило, - Трэвис широко улыбнулся.
  Откровенно говоря, ему никогда бы не пришло в голову, что этот, весь такой правильный, тип может быть охоч до мальчиков. Он ляпнул просто так, для поддержания, так сказать, разговора.

Отредактировано Travis Gunner (2013-06-23 16:09:43)

+2

8

Доменика буквально разрывало от желания съязвить как можно жестче. Или сделать что-нибудь нехорошее. Пропустив мимо ушей комплимент, Дрейвен на автомате наклонился, чтобы взять стакан, и только пораженно заморгал, когда привычный груз аккуратной оправы с переносицы исчез.
Вот это уже было плохо. Щенок покусился на личную территорию и на любимую вещь, а за это его уже стоило наказать. Хотя Дрейвен точно знал, что наказание последует в следующие десять минут.
Суть его раствора заключалась в том, чтобы в каждый определенный момент организм получал совсем иную команду, нежели до этого. Смесь достигала определенных рецепторов в определенное время и затрагивала их не сразу, а постепенно. Таким образом, Ганнер должен был сначала испытать прилив сил и хорошего настроения, затем – расслабленные мышцы, и далее по порядку: повышенная чувствительность, пониженная температура, рассеянное внимание. Там было еще много всего интересного, но.
Доменик, замерев у кровати, вглядывался в лицо Трэвиса. Тот вел себя немного не так, как предполагалось. Значит всё-таки смесь ma и ea дала о себе знать. Либо так повлияло на действие смешение привязанного к крови mdea и уже плавающий в организме мефедрон. Ник задумчиво закусил губу, а потом только понял, о чем говорит Ганнер. Легкая растерянная улыбка, на мгновение пробившаяся сквозь непроницательность, превратилась в хищный оскал. Теперь ему было за что зацепиться.
Доменик знал действие своего препарата. И, более того, он знал, что раз половина симптомов оказалась диаметрально противоположной, то и повышенная чувствительность, в нормальном состоянии вызывающая болевые ощущения, теперь должна вызвать..
Дрейвен наклонился, проведя кончиками прохладных пальцев по открывшейся полоске кожи на животе, чувствуя, как сокращаются чужие мышцы, ощущая жар тела. Какая у него сейчас температура, интересно?
..да, именно это она и должна была вызывать. Грубая тонкая ткань казенных брюк, в которые Ганнера нарядили ночью, пока он был в бессознательном состоянии, натянулась под недвусмысленным доказательством того, что Дрейвен, в общем-то, угадал обратную реакцию. Повышенная чувствительность, повлекшая за собой возбужденное состояние организма. Сейчас этот парень мог кончить от одного только неловкого движения Доменика. В общем-то, он почти его и совершил, это самое движение. Скользнув ладонью под подушку, выудил украденную вещь и убрал в карман. От греха подальше.
Ухмыльнувшись, Ник заложил руки за спину и отошел на пару шагов в сторону, смотря в узкое, вытянутое горизонтально окно под самым потолком.
- К сожалению, планы у меня не на тебя в целом, а на твой прекрасный организм. Грубо говоря, мне нужны твои действующие внутренности и их реакция на мои препараты.. И спасибо, что ответил мне на вопрос, откуда у тебя берутся деньги на наркотики. – Повернувшись к Трэвису, Дрейвен растянул губы в ухмылке, протянув медленно и тихо. – Получается у тебя хреново, но хоть кто-то да должен за такое платить.

Отредактировано Domenic Draven (2013-06-24 06:21:27)

+1

9

- Ссс-сука! – Ганнер процедил воздух сквозь сжатые зубы и прожег Дрэйвена убийственным взглядом. От одного движения пальца его бросило в жар, а сейчас его бросило в холод – он буквально заледенел, только щеки пылали и ныло внизу живота. Так его еще не унижали! Да как эта тварь посмела!? 
  Трэвис прикипел взглядом к обосновавшемуся у двери парню. Больше всего Трэвис сейчас хотел, чтобы этот ублюдок скрылся с его глаз, и желательно навсегда. И в то же время еще больше (парадокс?) он хотел, чтобы Дрэйвен задержался. Еще хотя бы минут на пять, пока Ганнер соберет остатки сил, спрессует обратно в мышцы растекшийся под кожей клейстер и сможет встать. Тогда он впечатает это ничтожество затылком в стену. А потом дернет за шиворот, сорвет с него халат вместе с брюками и пнет коленом в живот, так, чтобы самодовольного подонка согнуло пополам. Он, наверно, будет очень красиво смотреться, если будет смотреть своими голубыми глазищами снизу вверх. Эротично.
  Когда возбуждение мешается с остатками наркотического бреда, трудно думать о чем-то без сексуального подтекста. Да и зачем напрягаться, если изнасиловать этого недоноска в белом халате было отличной идеей?
- О да, ты мне заплатишь, ублюдок! Тебе ведь, небось, просто так никто не дает? Но я тебе помогу! Тебе понравится! – Прохрипел Ганнер, даже не осознавая, что голоса у него почти нет. – Я выпущу твои кишки, - с особым ударением на слово «твои», - и перетяну ими твою глотку. Будешь хрипеть и наслаждаться.
  Если бы он мог встать! Если бы только мог! Он изо всех сил пытался, извиваться на кровати, но приводило это только к тому, что одеяло соскальзывало все больше, а он все больше возбуждался и чувствовал новые волны унижения.
  Но неожиданно, сам не понимая, как, он смог подняться. Он даже не встал, он как-то перетек в вертикальное положение одним конвульсивным движением и сорвался с кровати. Его перекосило так, как будто начинался приступ инсульта.  Ганнер протянул руку, попытался сделать шаг и упал лицом вниз.
- Тварь! – Зашептал Трэвис. Этот единственный параксизм силы воли отнял у него последние силы, и теперь он не мог даже пошевелить рукой. Кое-как он только повернул голову. Похоже, он серьезно разбил нос, потому что дышать сразу стало трудно. Перед глазами он видел только кусок пола и подошвы ботинок Дрэйвена. Но все равно не унимался.
- Я сотру тебя в порошок и затолкаю в твои же ампулы, - он шептал и шептал какую-то чушь, с трудом отплевываясь от идущей из разбитого носа крови, и через минуту уже толком не помнил, к кому он обращается. Он чувствовал только боль в паху, абсолютную беспомощность и ненависть. Чистую, кристально чистую ненависть.

Отредактировано Travis Gunner (2013-06-24 08:31:15)

+1

10

Словарный запас, по правде, поражал своим богатством и разнообразием. Доменик с интересом следил за всеми телодвижениями своей новой и довольно милой на мордашку игрушки. Хотя на счет этого он, конечно, погорячился. Продолжать эксперименты с ним будет немного.. хм.. опасно? Да, пусть так. Ник усмехнулся, сложив руки на груди, чуть склонил голову на бок. Щенок пытался бороться с растекшимися в кисель мышцами. Самое интересное, что если бы Доменик увеличил дозу транквилизаторов в смеси на сотую долю миллиграмма, то вполне вероятно, что часть мышечной ткани попросту бы растворилась. Такое уже пару раз наблюдалось у бедных белых крыс. Хотя с тех пор Ник ни разу животных не приобретал. У него было слишком мало терпения возиться с мелкими дозами и с живностью.
Сделав шаг в сторону в тот момент, когда Ганнер повалился на пол, Дрейвен тяжко вздожнул и закусил губу. Да, дела. Придется с этим что-то делать. Сам он перетаскивать вялое тело не захочет, да и сил вряд ли хватит – физической  стойкостью он отличался только в вопросах терпения боли. А вот таскать тяжести не любил, не умел и не хотел.
Карманы врачей – находка для попавшего впросак шпиона. Похлопав себя по бокам, выудил на свет бумажную упаковку с тремя ватными дисками и, присев рядом с что-то шебуршащим Трэвисом, аккуратно вытер из под носа и с губ кровь.
- Успокойся. Всё равно ты всё вспомнишь максимум дня через три.. Если я всё правильно рассчитал. Если нет, то через неделю точно очухаешься. – Еще один тяжелый вздох. Дрейвен поднялся, открыл дверь и подозвал медсестру и охранника. – Верните его обратно на кровать и пристегните. И у него, кажется, нос сломан. Надо было с самого начала к кровати его привязать.. – Последняя фраза была адресована скорее самому себе. Ник вышел в коридор, наблюдая, как темнокожий парень в форме водружает вялого Ганнера на кровать, как цепляет мягкие кожаные ремни к щиколоткам и запястьям. Как медсестра суетится над разбитым лицом. Ссадина под глазом, сломанная перегородка носа. Прекрасно.
Доменик, задумчиво закусив губу, поднес к лицу испачканные в чужой крови пальцы. В нос ударил едкий железный запах. Надо будет переделывать смесь, рассчитывая её на наркоманов. А потом.. возможно, использовать в наркологических диспансерах для особо буйных ребяток. Опомнившись, Доменик кашлянул, обращая на себя внимание. Пухленькая медсестра возрастом за сорок обернулась.
- Надо будет провести курс детоксикации. Анализы на наркотики придут вечером, но я уверен, что он принимал мефедрон в особо больших количествах. – Женщина кивнула, сдержанно улыбнувшись. Доменика она недолюбливала. Как и большинство персонала этой дыры. Некоторое время поразмышляв, Дрейвен вернулся в свой кабинет и долго смывал с рук чужой запах.

+1

11

ЗАКРЫТО

0


Вы здесь » Loki's Army » Архив эпизодов » 17.05.2010 Hawks will not pick out hawks' eyes? (Х)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC