Наша группа ВК
Таймлайн

Vesta : Ramirez
Kravetz
Добро пожаловать в прекрасный Мидгард, который был [порабощен] возглавлен великим богом Локи в январе 2017! Его Армия долго и упорно шла к этой [кровавой резне] победе, дабы воцарить [свои порядки] окончательный и бесповоротный мир для всех жителей Земли. Теперь царство Локи больше напоминает утопию, а люди [пытаются организовать Сопротивление] счастливы и готовы [отомстить Локи и его Армии за их зверства] строить Новый мир!
В игре: 12.2017 | NC-21 | Эпизодическая система

Loki's Army

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Loki's Army » Архив эпизодов » 06.01.2017 Первая брачная ночь (Х)


06.01.2017 Первая брачная ночь (Х)

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Название эпизода
Первая брачная ночь
Время игры
06.01.2017
Место действия
Апартаменты семьи Ганнер на "Роско-Стрит".
Описание
Трэвис Ганнер, еле передвигая ноги после бутылки хорошего бурбона, возвращается в свою холостяцкую берлогу на базе, и... попадает в незнакомую квартиру, где в одной из комнат его ждет красивая женщина в пеньюаре.
Персонажи (в порядке очередности)
Samantha Gunner
Travis Gunner

0

2

Это была самая абсурдная свадьба в моей жизни. Кто бы мог подумать, что невинная шутка две недели назад скоро воплотится в реальность? Просто немыслимо.
  В общем и целом, Сэм вполне держала себя в руках. Умения здраво оценивать обстановку  и извлекать максимальную пользу из текущего положения ей было не занимать. В семье новость восприняли просто прекрасно. Дети принялись бурно выражать восторг;  мать, хоть и недолюбливала Трэвиса, все же получила в единоличное пользование приличную квартиру в центре НЙ и возможность порадоваться устроенной судьбе дочери; с другими членами окружения она делиться новостью почему-то не спешила. Не взирая на внешнее спокойствие, Саманте было явно не по себе. Замуж за лучшего друга, наркомана-шизофреника и отныне - одного из главных персон в мире, стоящих у руля власти… Эта новая строка стала очень неоднозначной «изюминкой» в ее безупречной, достигнутой годами упорного труда биографии. Нечто среднее между браком по расчету и повышением.
  Вот только брак по расчету всегда подразумевает подписание контракта и возможность развода. Магические манипуляции, производимые юным Локи во время «церемонии», сопровождающие заявления о вечном союзе, ставили этот момент под сомнение. Слово «навеки» как сам факт неизбежности, невозможности что-либо изменить, всегда пугало ее, а услышать его из уст бога со светящимися ладонями оказалось тем более непросто. Да и наследуемый титул научного советника не оставлял ее ненаглядным чадам права выбора в жизни, даже если этот выбор – лучшее из всего, что она может им предложить.
  ..Предстоял переезд на Роско-стрит. А перед этим – ремонт, так как помимо рабочей обстановки, жилым этаж Ганнера нельзя было назвать при всем желании. Зная, насколько длинным и мучительным может быть этот процесс, Саманта решила, что для них двоих милосерднее будет сделать все быстро и сразу, а потом уже привыкать к этому внезапно свалившемуся на голову браку и всем его последствиям. Причем, «быстро» в ее представлении  било все рекорды: зная об уровне современных технологий и производительной способности дюжины рабочих, если хорошенько их погонять, женщина добилась того, что спальня, хай-тек ванная и две детские комнаты в дальнем конце помещения, отделенные небольшим проходом от основного массива лабораторий, были оформлены, отремонтированы и полностью обставлены за три с лишним дня. Конечно, это потребовало огромного количества времени и внимания, а также постоянного контроля  - ведь в ее новом доме, как и везде, все должно было быть идеально, и терпеть неприятные мелочи вроде неправильного оттенка обоев она вовсе не собиралась. Пребывая в легком раздражении от незапланированных перемен в жизни, Сэм невольно отыгрывалась на  подвернувшейся ситуации. Сперва пытавшиеся качать права рабочие же на второй день старались ходить на цыпочках и за спиной называли ее «Эта женщина». Бедняга Трэвис, кажется, так и не пришел в себя, но по крайней мере старался не мешать и стоически терпел ее бурную деятельность, за что Сэм была ему искренне благодарна. Правда, под вечер третьего дня он, кажется, все-таки не выдержал, когда подошедший бригадир с любезной улыбкой предложил отделить небольшую комнатку, смежную со спальней, для третьей детской – «у меня самого младенчик дома, хлопотно среди ночи через коридор бегать..» Пока Саманта не менее любезно доносила, что спальня будет исключительно ее, а комнатка предназначена под гардеробную, Трэвис куда-то исчез, и уже не видел, как при разгрузке мебели оказалось, что вместо заказанной полуторной ей привезли и даже успели установить огромную двуспальную кровать с матовой подсветкой панелей и опорами под балдахин.
- Что ЭТО такое?! – Сэм ругалась и гневно тыкала ногтем в каталог. – Где мой заказ, я вас спрашиваю?
- Но, мэм, наш рабочий день…
- …превратится в рабочие сутки, если не научитесь выполнять то что велено!
- Но мы и выполняли то, что приказано!
  В общем, добиться своего так и не удалось; к тому же, что-то ей подсказывало, что и здесь не обошлось без шалостей юного Локи… Все остальные работы были уже завершены, строительный мусор убран, мебель расчехлена, часть вещей  перевезена, дети приедут только завтра. В начале первого ночи наконец  Сэм осталась одна в новой «квартире», безмерно уставшая, но довольная достигнутым результатом.
  Трэвиса все еще не было. Она все понимала, и не удивилась бы, явись он только спустя неделю..или месяц… Решив, что сегодня ждать перепуганного супруга все равно уже не придется, женщина приняла ванну, погасила везде свет и со спокойной совестью отправилась спать.

+7

3

– Да не трогай ты его, Чак, видишь, у мужика беда.
– Что, тоже потерял все деньги после этой, хрен его за ногу, реформы?
– Да нет, тут дело повеселее, – бармен, протиравший бокалы под самым носом уснувшего за стойкой Ганнера, весело скалился. – Женили его.
– Ааа… окрутили… ну тогда оно понятно. Эй ты, страдалец!
   Трэвис разлепил глаза и оторвал лицо от полированной столешницы:
– А?
– Хреново тебе, брат?
– А? А, да.
– Жена страшная?
  Ганнер очумело поморгал глазами. Жена? Же-на? Он на автомате поднял левую руку и увидел на пальце кольцо. Вспомнил, как они с Самантой шли куда-то мимо ювелирного магазина, и он увидел их в витрине: парные кольца из белого золота. Точно, Саманта. Она же теперь его жена.
  «Стоп. Чтооооо? Это Саманта – страшная?»
  Мысль все-таки вернулась к своему истоку, и Трэвис возмущенно замотал головой. Да если кто-нибудь еще назовет Сэм страшной, да он..! Дайте только встать.
– А чего тогда? Пилит? – не отставал назойливый мужик, которого Ганнер даже не мог четко разглядеть.
– Не-а, – снова покачал головой Алхимик. – Она очень хорошая… друг.
– Друг? – заржал Чак. – Значит, все-таки страшная!
– Да нет же! – Трэвис попытался стукнуть кулаком по стойке, но обнаружил, что, если оторвет хотя бы одну руку от столешницы, то упадет. Сделав волевое усилие, он рывком сел более-менее вертикально.
– Ну а чего тогда с ней не так-то? – все не унимался надоедливый субъект.
– Да все. Все так. Кр-расивая, умная…
– Сильно умная?
  Ганнер кивнул.
– А, ну тогда понятно, – и невыносимый тип сочувственно похлопал Трэвиса по плечу.
  Алхимик ответил ему мутным взглядом и буркнул бармену что-то про деньги, но тот покачал головой.
  «Точно, их же отменили», – припомнил Ганнер. Он отсалютовал в пространство двумя пальцами и пошел к двери. К первой попавшейся на глаза двери. Разумеется, она вела не на улицу, а в туалет.
  Трэвис наклонился над раковиной и плеснул в лицо холодной воды. Не помогло. Тогда он распрямился и взглянул на себя в зеркало. Помогло. Алхимик отшатнулся, и в голове что-то резко щелкнуло.
  Обычно в такие моменты у него за спиной возникал Ник, чтобы отпустить какую-нибудь едкую реплику, и Трэвис уже мысленно приготовился послать его в задницу, но, к его удивлению, в туалете было по-прежнему тихо.
«Ну и черт с тобой», – обиделся Ганнер и все-таки двинулся к выходу.
  Со второй попытки он нашел правильную дверь и окунулся в чернильно-темную зимнюю ночь. Одному рогатому богу, наверно, было известно, куда его занесло, потому что в переулке почти не было освещения, и ему пришлось выбираться на ощупь.
  Прохладный воздух и неожиданные топографические трудности слегка привели его в чувство. До базы он добрался почти без происшествий (а шишку на лбу можно будет и утром заклеить). Свой этаж тоже угадал с первого раза, и даже сразу свернул в правильный коридор.
  Толкая плечом дверь, Трэвис уже представлял себе, как проползет под столами, потому что искать извилистый путь между ними было уже за гранью его терпения, а утром возьмет и расставит их, наконец, прямо. Но взявшись за ручку, Ганнер почувствовал, что что-то не так. Ключ-то к двери подошел, а вот ручка была какая-то не такая. И за дверью почему-то оказалось не полутемное помещение неопределяемых размеров, а широкий коридор с дверьми по обеим сторонам. В полном изумлении, но с внезапно вспыхнувшим азартом исследователя, Алхимик пошел вперед. В коридоре были круглые столы и мониторы, и Ганнер с трудом сообразил, что сам же решил сделать зал для совещаний. Ага, значит, его лаборатория слева. Можно дойти до последней двери и сразу попасть в родной закуток.
  Алхимик прошел до конца коридора и вдруг замер.
  «Не понял! А это еще что?» – на соседней стене, противоположной от двери, обнаружилась еще одна дверь. Но он ее не помнил. То есть вот совсем! Ее не должно было там быть.
  Любопытство сгубило уже не одного ученого, а Ганнера по всем законам статистики должно было прикончить вообще раз двадцать. Он решил рискнуть в двадцать первый. За дверью оказался еще один коридор, только уже не такой широкий и отделанный как-то по-домашнему. Обычный коридор обычной квартиры. Трэвис почувствовал себя Алисой в Зазеркалье: в его нормальной жизни такого коридора просто не могло существовать. Он дошел до конца и толкнул первую попавшуюся дверь.
  И первое, что Алхимик заметил, была кровать. Хотя правильнее - Кровать. Ее было отчетливо видно даже без света. А рядом с ней вырисовывался хрупкий женский силуэт в чем-то полупрозрачном. Краем сознания Трэвис сообразил, что зашел невовремя.
– Эээ… привет, – он сказал это на секунду раньше, чем женщина обернулась, и он узнал Саманту.
  Тут Ганнер вспомнил, откуда взялся коридор и что вообще происходит. И понял, что появился очень невовремя.

+7

4

;)

http://cs311622.vk.me/v311622792/9530/d4YpwOBgrNI.jpg

Сэм проснулась от шаркающих звуков в лаборатории. Спросонья какие угодно мысли лезут в голову: от «Грабители!» до «Что-то из экспонатов освободилось!». Стремительно прогоняя дрему и сонно щурясь, она принялась на ощупь отыскивать тапочки и халат – ни того, ни другого под рукой, как всегда, не оказалось; краем уха прислушиваясь к приближающимся шагам, женщина успела только схватить с прикроватной тумбочки стеклянный ночник для самообороны, как дверной замок за спиной тихо щелкнул, и с порога донесся до боли знакомый голос:
- Эээ..привет?
  Сэм резко обернулась, и импровизированное оружие само выпало из рук.
- Трэвис?!
Если она и не выдала в ту же секунду какую-нибудь колкость, так только потому что не успела найти среднее арифметическое между «Какого дьявола!», «Не смей меня больше так пугать!» и «А, собственно, что ты делаешь посреди ночи в моей спальне?». Последнее предполагало длинную вариацию «на тему» и однозначно неловкий момент, так что первым разумным шагом было ликвидировать провокационный красноватый полумрак и включить нормальное мертвенно-бледное освещение. Ограничившись лояльным:
- Что здесь происходит?  - она принялась обшаривать  стены в поисках выключателя, уже смутно догадываясь, что произошло – тонкий аромат свежей краски и новой мебели теперь абсолютно заглушал стойкий запах здорового мужского перегара, и один этот факт уже не предвещал ничего хорошего. Когда спустя минуту кнопка все же обнаружилась за спиною облокотившегося на стенку Ганнера – для это его пришлось аккуратно за шиворот передвинуть на другое место – и вспыхнувшая люстра явила всю картину, неутешительные догадки подтвердились. Женщина даже на мгновение отшатнулась - он был ужасно пьян, припухшие глаза смотрели растерянно и немного жалобно, на щеке отпечатался след края столешницы, а лоб явно успел уже встретиться то ли со стеною, то ли вовсе с асфальтом.
- У-у-у, как все запущено, - Сэм осторожно дотронулась до огромной сине-фиолетовой «шишки» и сокрушенно покачала головой, - А ведь я так и знала, чем это кончится! Спасибо хоть, что до дома доплелся, а не остался где-нибудь..под забором… - и, тяжело вздыхая, потащила незадачливого супруга в сторону лабораторий, - прихватить кое-что полезное, - и дальше в кабинет для совещаний; включенный кондиционер, официальная обстановка и висящий над столом портрет Локи в золоченой раме как нельзя лучше способствовали приведению в адекватное состояние.
- Вот надо вам обязательно надираться, как черти, в самых неподходящих ситуациях! -  негромко причитая, Саманта сердито шлепнула пакет со льдом мужу на лоб. - Ляг на диван и не сноси мебель, пожалуйста - тут много стекла, и мне бы очень не хотелось провести остаток ночи за выниманием осколков.
  Кожаная обивка жалобно скрипнула, пока больше обеспокоенная, чем рассерженная миссис Ганнер со звоном размешивала в стакане что-то шипучее и пенящееся.
- Вот, держи. Не кривись и выпей залпом – это мощный детокс, минут через двадцать будешь в норме; хотя голова болеть, конечно, будет, - тут Саманта заметила, что взгляд Трэвиса с ее лица упорно скользит куда-то вниз, и наконец-то вспомнила, что едва одета; мысленно чертыхнувшись, она выскочила в основной холл – и, не найдя ничего более подходящего, вернулась в белом лабораторном халате. Браво, Сэмми, теперь ты похожа на смазливую медсестрицу. Неловко переступая босыми ступнями на холодном полу – коварно исчезнувшие тапочки так и не были обнаружены - она заварила себе крепкого кофе и присела рядом с безмолвно страдающим химиком.
- Ну как ты? Приходишь в чувство?

+7

5

Ганнер без единого звука позволял делать с собой все, что угодно. Если не учитывать «ух», «ой» и «мммм!», которые он издавал, когда Сэм подходила слишком близко. К тому же, он пропускал мимо ушей все полуриторические вопросы и восклицания, потому что был занят очень важным исследованием.
  Он чуть не ляпнул: «А давай, ты всегда так будешь ходить», но вовремя прикусил язык. И все равно, пока Самана ходила перед ним туда и сюда, выискивая лед и медикаменты, Трэвис чуть не окосел. Лед пришелся очень кстати, хотя Ганнер предпочел бы высыпать его за шиворот.
  Саманта почти насильно перевела его в горизонтальное положение и заставила выпить что-то шипучее. Трэвис невольно сделал кислую мину, не потому, что был против медикаментов, а потому что стакан с шипучкой заслонил ему обзор. Увы, Сам заметила этот жест и очень некстати спохватилась. Когда она вернулась в комнату в халате, Трэвис издал горестный стон и залпом осушил стакан.
- Ну как ты? Приходишь в чувство?
  Алхимик повернул голову из стороны в сторону, осторожно придерживая компресс рукой, и утвердительно кивнул и выдал первое цельное слово за вечер:
– Спасибо.
Примерно через полминуты  Ганнер почувствовал, что ему срочно надо встать. Сэм явно дала ему что-то быстродействующее: голова уже включилась, а вслед за ней и остальные органы теперь пытались избавиться от ударной дозы алкоголя. Причем самым радикальным способом.
– Сейчас вернусь, – Трэвис постарался улыбнуться насколько мог уверенно, всем своим видом показывая, что с ним ходить не надо. Нет, правда, если бы Сэм еще проводила его до раковины, то наутро он бы утопился от стыда. К счастью, Саманта каким-то образом все поняла.
  Желудок выплескивал бурбон вместе с остатками закусок минут десять. Он явно мстил хозяину, причем с фантастическим садизмом.
  Постепенно Ганнер снова смог дышать ровно. Перед тем, как вернуться к Сэм, он завернул в свой закуток и нашел в комоде шерстяные носки. Этим носкам с голубыми снежинками было очень много лет, их ему когда-то связала мать, причем вязала их так долго, что, когда они были готовы, Трэвис в них уже не влез. Так они и лежали в ящике его старого дома добрых тринадцать лет, но Ганнер почему-то всегда про них помнил и даже не забыл забрать, когда продавал дом. И вот, в первый раз за целую жизнь, они пригодились.
– Держи, холодно, – он неловко бросил носки Сэм на колени и сел на диван. Ему-то совсем не было холодно, скорее наоборот.
«Пульс под сто пятьдесят», – механически отметил Алхимик. Саманта была не совсем права: он не помнил, когда в последний раз так напивался. Внезапно Трэвис почувствовал острую необходимость объяснить это Сэм.
– Я вообще-то не… не думай, пожалуйста, что я буду теперь напиваться регулярно. Обещаю даже убрать шприцы подальше, – Трэвис поднял правую руку, правда, почему-то с разведенными в стороны пальцами, как инопланетянин из какого-то сериала. – Просто я пытался понять, что вообще происходит, но на трезвую голову как-то не получается.

+4

6

Наконец-то в глазах Трэвиса появилось достаточно осознанное выражение, и Саманта облегченно выдохнула. Могло быть и хуже. В подробности того, какого рода «хуже» и кому, она вдаваться не стала.
- Спасибо.
- Всегда пожалуйста, ты же знаешь, - она терпеливо улыбнулась– как будто может быть как-нибудь иначе! – и поменяла холодный компресс.
- Сейчас вернусь, - не взирая на увещевания немного отлежаться, Трэвис, старательно избегая ее взгляда, уже совершенно твердой походкой направился в ванную. Пробормотав что-то вроде «да-да, конечно», Сэм залпом выпила крошечную чашку экспрессо и устало откинулась на диванные  подушки. Уже минут пятнадцать прошло. Чем он там так долго занят? Правдоподобных версии было две, и от стремления все же пойти следом и предложить еще что-нибудь от тошноты ее удержал только второй вариант, при котором ее присутствие оказалось бы... кхм... крайне нежелательным. Не рискуя и дальше ухудшать состояние тотальной неловкости на ровном месте, Сэм сердито хмыкнула и поплотнее запахнула тоненький халатик.
  Когда она уже почти решила, что ждать, похоже, бесполезно, и даже успела немножко задремать, на колени внезапно шлепнулся комочек чего-то пушистого, оказавшийся парой очаровательных в своей нелепости шерстяных носок какого-то древнего способа вязки.
- Держи, холодно, - Трэвис целомудренно забился в дальний угол дивана, время от времени буравя дарованную богом – в буквальном смысле – жену непередаваемым взглядом. Стараясь по возможности не обращать внимания, та принялась натягивать великоватые носки, смиренно принимая это как трогательный знак внимания.
– Я вообще-то не… не думай, пожалуйста, что я буду теперь напиваться регулярно. Обещаю даже убрать шприцы подальше. Просто я пытался понять, что вообще происходит, но на трезвую голову как-то не получается.
  - Знаю, - Саманта невесело усмехнулась,  - И на пьяную получается не лучше, верно? На самом деле, если смотреть на это прямо, ничего действительно страшного не происходит. Ты ведь хотел, чтобы мы работали вместе? Мы и будем. По долгу службы тебе предстояло начать приводить себя в здоровый человеческий вид – теперь, считай, будешь круглые сутки под присмотром специалиста. Фигурировала проблема с наследованием титула – пожалуйста, она решена! Я понимаю, для тебя все это ново и дико – но я-то знаю, что такое брак, и, поверь, не собираюсь следовать рамкам общепринятых канонов.
  Это было чистой правдой. Она не намерена была требовать чего-либо от Ганнера, который был ей ничем, по сути, не обязан, как и она ему. Им еще повезло, что Локи не задумал просто свести двух совершенно чужих друг другу ученых по признаку генетической совместимости; однако, все же, как ни крути, магия трикстера  и два золотых кольца внесли странное разнообразие в многолетнюю дружбу.
  Дружба. Теперь это слово казалось откровенно забавным. Проведя последние полгода фактически как монахиня, Сэм тем не менее почему-то ни разу не смотрела на Трэвиса как на мужчину. На счет подобных мыслей в свой адрес она вовсе не волновалась: наличие Доменика, как до, так и после гибели, служило своего рода прослойкой, позволяющей удерживать определенную дистанцию… Все было сложно и просто одновременно. Вымученно вздыхая и подавляя зевок, Сэм легла вдоль сидения и удобно устроила ноги на коленях мужа, возобновляя монолог  уже в более непринужденном тоне:
- Знаешь, всем сейчас непросто. Война и реформы планетарного масштаба перевернули мир вверх тормашками, пока мы относительно спокойно работали в привычной для себя обстановке. Теперь, пока все будут искать себе место в новой системе, мы продолжим заниматься любимым делом, получая за это невиданные привилегии, и… о боги, Трэвис, да перестань ты уже таращиться на меня как на воплощение суккуба! Ты знаешь меня не первый год, это даже не смешно, -сама не зная почему, Саманта уже понемногу начинала сердиться. Последние трое суток попортили ей немало нервов, и теперь хотелось, чтобы эта синусоида неприятных событий в кои-то веки поползла вверх.

+3

7

- И на пьяную получается не лучше, верно?
  Ганнер пожал плечами в знак согласия. Но на пьяную голову было проще, если не разобраться, то хотя бы просто забыть про происходящее. Например, кто сказал, что он хочет приводить себя в человеческий вид? Ему и так было неплохо. А слово «титул» применительно к нему вообще звучало, как плохой анекдот. Дворянин – мать его за ногу – Ганнер! Смех.
  Каноны… да, тут Сэм попала в точку: каноны брачной жизни пугали его больше всего. Причем, он сам не мог сказать, какие именно. Если отбросить в сторону истерики Ника, который, кстати, теперь принципиально решил от него прятаться, больше Трэвис ничего не имел против общества Саманты. Скорее уж наоборот…
- … о боги, Трэвис, да перестань ты уже таращиться на меня как на воплощение суккуба! Ты знаешь меня не первый год, это даже не смешно.
  Ганнер поспешно поднял вверх руки, которые уже сами тянулись к лодыжкам женщины, так невозмутимо оказавшимся у него на коленях. Он хотел только поправить носок. Честно-честно!
  Алхимик попытался отвести глаза в сторону, но они упрямо возвращались к той точке, где заканчивался халат Саманты. Ну а разве они (глаза) были виноваты, что женщина лежала так удачно?
– Не смешно, – согласился Трэвис. Ему все еще было невыносимо жарко. – Скорее даже немного грустно…
  Его руки отказывались сегодня понимать слово «нельзя» и все-таки добрались до ног женщины. Пальцы скользнули по нежной коже, и Ганнер напрочь забыл, что хотел сказать еще. Женская кожа – одно из самых пленительных изобретений природы. И Трэвис мог сколько угодно говорить, что «его возбуждает в человеке мозг», но восхитительное тактильное ощущение было все-таки гораздо волнительнее любых формул.
«Возьми себя в руки, Ганнер! Себя, не ее!» – приказал внутренний голос, но Трэвис не нашел в себе сил среагировать на дельный совет. Он только поднял голову и внимательно посмотрел в лицо Саманте, чтобы уловить, как она отреагирует на внезапные манипуляции обнаглевшего супруга. Если она сейчас хотя бы поморщится – вот тогда он сразу сгинет в свою лабораторию и не выйдет оттуда до утра.
«Посмотрел бы на себя со стороны! Кто бы не поморщился: ты же сейчас похож на сморщенный баклажан!»

Отредактировано Travis Gunner (2014-01-12 08:43:39)

+5

8

- Не смешно, скорее даже немного грустно...
  Она удивленно моргнула пару раз, и с интересом уставилась на робко ползущие по голени пальцы супруга. Так, а вот это нечто новенькое. Кажется, на карибском пляже таких проблем не возникало. Ну, то есть, не в смысле «проблем»… Саманта не была уверена – то ли он понял ее неправильно, то ли она – его; во всяком случае, его классический «несчастные взгляд» отчетливо говорил сам за себя. Со стороны скромняги-Ганнера это было весьма неожиданно, к тому же она подозревала, что хроническое употребление сомнительных препаратов за столько времени уже вполне могло спровоцировать изменения гормонального фона; в Сэм проснулся исследовательский интерес.
- Знаешь, Трэвис, - она уверенно взяла его руку и медленно повела вверх от колена к бедру, с трудом сохраняя при этом серьезно-невозмутимый вид и продолжая совершенно будничным тоном, - Почему бы тебе просто не сказать, что тебя больше всего волнует в сложившейся ситуации? Даже самой сложной проблеме можно найти легкое решение, - кажется, ее не слушали; Сэм же отчаянно хотелось смеяться: не взирая на испуганно-изумленный взгляд и щеки оттенка переспелой вишни, руки Трэвиса продолжали жить своей жизнью, не советуясь с владельцем.
  В принципе, оно и было понятно – Саманта понятия не имела, когда он в последний раз держал в руках женщину, да и не интересовалась никогда. Предположительно, еще до встречи с Домеником? Шесть лет… ужас какой! Кстати, о Доменике – теоретически, сейчас эта назойливая шизофрения должна ревновать и бурно возмущаться; или все же нет? Вряд ли такого достаточно для избавление от столь непростой формы зависимости, но  проверить наличие либо отсутствие Ника она была просто обязана. Абсолютно научно и максимально профессионально – экспериментальным путем.
  Ловко перекинув ногу, в следующую секунду она уже сидела на коленях у Трэвиса, одной рукой мягко прижимая его голову к спинке дивана, а другой беспардонно залезая под футболку. Температура тела бедного химика давно превысила нормальную человеческую. Правильно твердила ее бывшая ассистентка Бет: чувства чувствами, а самцы самцами!
- Вот нечего так поздно приходить домой, - ее губы едва касались уха Трэвиса, а прохладные пальцы чертили замысловатые кривые вдоль позвоночника, - Уже начало четвертого, я безумно устала, и завтра вставать ни свет ни зоря… Так что, будь добр, разбуди меня часам к семи, договорились? И постарайся не напиться за это время во второй раз, - понимая, что поступает несколько бесчеловечно, Сэм так же быстро спрыгнула на пол, улыбнувшись как ни в чем не бывало, - она выяснила то, что хотела, а большего новоиспеченному супружнику сейчас все равно не светило.
- Раз уж ты все равно в лабораторию, забросишь туда еще вот это на обратной дороге, хорошо? – потерявший свое функциональное значение халат сиротливо шлепнулся рядом с ничего не понимающим Трэвисом.
- Доброй ночи! – и женщина в прозрачном пеньюаре и толстых вязаных носках с полуулыбкою Джаконды вернулась в свою спальню…и заперла дверь на ключ. Хватит экспериментов – по крайней мере, на сегодня.
  Ворочаясь в гордом одиночестве поперек огромной пустой постели, Сэм все же не выдержала и тихонько рассмеялась. Дареному коню в зубы не смотрят. А вот в штаны можно.

Отредактировано Samantha Gunner (2014-01-13 07:40:07)

+5

9

- Знаешь, Трэвис, почему бы тебе просто не сказать, что тебя больше всего волнует в сложившейся ситуации?
  Сказать? Сказать!? Большее, на что сейчас был способен Алхимик, – это пробулькать: «Ооо!», но он благоразумно решил этого не делать, чтобы не выглядеть еще большим идиотом. Кто-то из них сошел с ума: он, Саманта или его настырные пальцы, которые дорвались до стройных женских ножек.
«Может, она специально меня всю ночь ждала?» – мелькнула у Трэвиса шальная мысль. Но не встретила в пустой голове никакого отклика, потому что Сэм вдруг оказалась у мужчины на коленях.
  Небольшой, но все-таки ощутимый, приятно ощутимый вес чужого тела, загадочная улыбка, чуть уловимый аромат туалетной воды и женская грудь за кокетливым верхом пеньюара на уровне глаз Ганнера из-под упорно расстегивающегося халата. Как личность в этот момент Алхимик перестал существовать. Он бы и хотел повести себя, как джентльмен, спросить у Сэм, точно ли она понимает, что делает, но такие вопросы были слишком сложны для того органа, которым Ганнер в этот момент думал.
  Его руки давно обитали где-то под белым халатом, то ли пытаясь сделать Саманте приятное, то ли проверяя ее материальность. Сэм в долгу не осталась. Она наклонилась, Трэвис тоже невольно подался вперед, уткнувшись носом куда-то пониже шеи женщины...
- Вот нечего так поздно приходить домой.
– В каком смысле? – на автомате переспросил Ганнер.
  И тут Сэм сделала самую невозможную вещь, которую можно было вообразить! Она без капли раскаяния на лице продинамила его и ушла! Еще и скинула халат, чтобы Трэвис напоследок смог полюбоваться на то, что ему уже не светит.
  Еще минут пять после этого Алхимик сидел в полнейшем отупении. «О, женщины!», - вопил кто-то на периферии сознания голосом трагика. Потом организм - отдельно от мозга - собразил, что продолжения не будет, и настойчиво позвал Трэвиса в душ. Ганнер очень кстати вспомнил, что у них в квартире теперь есть отдельный душ.
«Ну и что это было?» – смог спросить Алхимик сам себя, уже под струями прохладной воды. – «Соображай, Ганнер, тебя то ли красиво развели, то ли…»
  А, собственно, то ли что? Да, его только что красиво сделала красивая женщина. Факт. Только эта женщина не учла, что никуда от него не денется в ближайшие N лет, а Трэвис так легко не сдается.
  Ник… а что Ник? Пусть этот ненормальный сначала покажется, а до тех пор Трэвис имеет право на собственную личную жизнь.
«Разбудить в семь»,  - напомнил себе Ганнер. Спать ему совершенно расхотелось, напиваться – тем более. Он вышел из ванной комнаты с загадочно-мечтательной улыбкой.
 
  Ровно в семь часов утра Саманта Ганнер проснулась от того, что у нее на ладони лежало и таяло что-то холодное. Это была замороженная в аккуратный брикет льда ярко-алая роза.

+3

10

ЗАКРЫТ

0


Вы здесь » Loki's Army » Архив эпизодов » 06.01.2017 Первая брачная ночь (Х)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC