Наша группа ВК
Таймлайн

Vesta : Ramirez
Kravetz
Добро пожаловать в прекрасный Мидгард, который был [порабощен] возглавлен великим богом Локи в январе 2017! Его Армия долго и упорно шла к этой [кровавой резне] победе, дабы воцарить [свои порядки] окончательный и бесповоротный мир для всех жителей Земли. Теперь царство Локи больше напоминает утопию, а люди [пытаются организовать Сопротивление] счастливы и готовы [отомстить Локи и его Армии за их зверства] строить Новый мир!
В игре: 12.2017 | NC-21 | Эпизодическая система

Loki's Army

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Loki's Army » Архив эпизодов » 05.11.2016 Выжившие продолжают выживать (Х)


05.11.2016 Выжившие продолжают выживать (Х)

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Название эпизода
Выжившие продолжают выживать
Время игры
05.11.2016
Персонажи
Haiya Kravetz, Valeria Vesta
Место действия
База «Роско Стрит», комната Джеймса Норта
Описание
Мы так и не смогли придумать для себя достойный конец.
Поэтому нам пришлось жить дальше. Искать смысл, прятать грусть, искоренять неуверенность во взгляде и словах.
Давать друг другу обещания, чтоб почувствовать почву под ногами.
Мы - выжившие. И мы продолжаем выживать.
Очередность
Valeria Vesta
Haiya Kravetz

+1

2

Война закончилась.
Весь этот кошмар пришел к своему логическому завершению, а легче не стало. Наоборот, все страхи полезли наружу, грозясь стать ближайшим будущим. «Ты теперь никто. Ты никому не нужна. Твое время вышло. Кому нужен солдат в Новом мире. Ты только и умеешь, что стрелять да драться. Твоя голова забита бесполезными вещами...» Каждый день рождались еще тысячи подобных мыслей, и все они могли стать реальностью, размазать ее по стенам опустевшей базы и вдавить в холодный каменный пол.
Но произошло то, что перекрыло подобный исход совершенно другой волной ужаса и неопределенности.
Смерть Локи... Она не смогла бы пережить это, если бы не прошла войну. Не смогла, если бы осталась подле него в прежней любви и покорности. Но вся ее предыдущая жизнь будто закаляла ее, ковала характер, способный выдержать подобный удар.
И Веста выдержала. Старалась, правда, не думать о многом, забивать голову работой, которой в момент стало непосильно много. Главное чем-то заниматься, спать по четыре часа максимум и опять чем-то заниматься - тогда будет и польза, и сердце проживет без боли целые сутки.
Локи должен был вернуться. В Мидгард, в мир, который он завоевал, в мир, который ему покорился. И Валерия считала своей священной обязанностью восстановить все то, что они разрушили, до возвращения Повелителя. Преобразить все то, что испортилось. Не допустить ни одного военного конфликта. Такая установка казалась ей новым смыслом, который был так необходим.
Конечно, проблем не убавилось. Наоборот, их стало столько, что порой голова шла кругом. О таком количестве вещей одновременно беспокоиться было не в ее силах. Тигра очень ощутимо помогала, но женщине казалось, что долго они так не протянут. Нужна была помощь, но тот, к кому Лера всегда могла обратиться, неожиданно пропал.
Сначала она думала, что Джеймс отмечает. Ведь отмечали все, далеко не многие спешили возвращаться в подземную базу, и никто не имел права отрывать их от того, чем они занимались.
Но теперь, стоя перед открытой дверью в его опустевшую комнату, Веста внезапно осознала, что Норт ушел навсегда.
- Я пришла забрать пару бумаг, они мне очень нужны, - прозвучало, как оправдание перед потревоженным владельцем этого уголка, но полумрак внутри был настолько молчалив и безжалостен, что женщина тут же потупила взгляд. Она переступила порог и с огромными усилиями нашла выключатель. Основной свет не работал, пришлось с горем пополам добираться до лампы. Казалось, от ее внезапно мягкого, теплого света обстановка немного преобразилась. Но все вокруг оставалось таким же пустым и безжизненным.
Искомое нашлось в кладовке, которую теперь занимал лишь небольшой сейф. Пара документов оттуда перекочевали в сумку. Веста почувствовала, что дольше оставаться здесь просто не имеет права, что сейчас же должна вернуться в кабинет и продолжить работу - иначе что-то неведомо сильное и непременно ломающее изнутри вот-вот настигнет, накроет, выпотрошит...
Рука легко дернула за ручку двери, но та и не думала поддаться. Женщина в непонимании свела брови и дернула уже сильнее, но результат не изменился. Еще десять ожесточенных попыток, после чего она перепробовала все ключи. Закончилось все тогда, когда на руках отчетливо почувствовались синяки от сильных ударов по неприступной стали, а горло начало саднить от отчаянного крика.
«Какая глупость... На базе от силы человек пять, сюда никто не заходит, меня попросту не услышат. Дверь заперлась с той стороны, а я забыла мобильный в кабинете. Здесь тоже никаких средств связи... Никто и не догадается искать меня в этой части базы.»
В голове промелькнула неожиданная мысль: поджечь тут что-нибудь, тогда на дым прибегут люди. Главное успеть вовремя... Но идея, конечно, была сродни безумству.
Веста тяжело вздохнула и, соскользнув по двери вниз, отбросила сумку в сторону. Пронзительный взгляд карих глаз рассеялся на все помещение, выхватывая кусочки недавно покинутой жизни: вот здесь, за столом, скорее всего были прочитаны книги, заполнены некоторые личные дела, подписаны какие-то бумаги; небольшой закуток, раньше обустроенный под кухню, где порой готовили что-то очень вкусное, а, возможно, хранили что-то крепкое; кровать, которая избавляла от множества проблем и дарила такое желанное забытие на несколько часов. Взгляд зацепился за картину, висевшую на стене: мягкие краски, теплые полутона, рассвет, почти что чистое небо и спокойная вода. Город на полотне не спешил просыпаться... Пожалуй, о таком спокойствии мечтали они все. И Джеймс ушел отсюда в его поисках, теперь она была почти уверена в этом.
Вот только легче не стало.

+4

3

А мир торжествовал. Веселился, буйствовал карнавалами, выплескивался фейерверками, пил, заливаясь какой угодно дрянью везде, от портовых кабаков до столичных казино, ссорился, дрался, мирился и снова пил — исступленно-истерично, стараясь забыть о недавнем ужасе, о кровавой бойне, накрывшей смертоносною дланью весь земной шар, о беспощадной жестокости молниеносной войны - Последней войны, как вещают нынче восторженные дикторы со всех новостных каналов. О тысячах непокорных, положивших свою жизнь за безрассудную верность закоренелой системе старых предрассудков. Мир ликовал и восторгался, забыв, что пирует на кладбище.
  Локи, сын Лафея, новый царь и бог Земли, обещал Мидгарду Новый мир. Мидгард верил, в большинстве своем. Слепо, вдохновленно, ожидая невероятных чудес и манны небесной…  Словно ошалевшие от предновогодней суеты дети, с разинутыми ртами застывшие перед восседающим на санях Сантой: шепчут заветные пожелания, требуют рождественского чуда – вот только вместо оленей в упряжи обычные лошади с позолоченными рогами из папье-маше, а улыбчивый толстяк в красной шубе – всего лишь актер, который отработав свои пару часов, снимет личину ребячьего кумира и растворится среди безликой толпы, такой же потерянный и одинокий, подавленный грузом несбывшегося на осколках собственной забытой детской мечты. Но дети – они должны верить; они ни о чем не узнают…
  Опустевшая база выглядела так странно… Она все еще хранила живые воспоминания, безлюдные коридоры сиротливо вздыхали сырыми сквозняками, отопление временно отключили, и промозглые воздушные потоки шустро сновали по воздуховодам, проникали сквозь дверные щели казарм, заползали под тонкое казенное одеяло. Большую часть времени Хайя не покидала своей комнаты, беспомощно внимая полному беззвучию в душе, порождающему вопросы, слишком много вопросов, страх и неуверенность, и ни одного ответа. Тишина звенела, словно натянутая тетива, тихо и печально, готовая в любую секунду выпустить стрелу безысходности, неизвестности, отчаяния, которая сорвется наконец-то в крик, вопль, истерику – хоть что-нибудь, нарушит неподвижное молчание, рваные вдохи и выдохи, плотно сомкнутые губы. Но Хайя молчала, не в состоянии сама себя вытащить за волосы из этого болота. Ничего не имело смысла. Она не знала, что делать дальше. Она просто не знала.
  На исходе вторых суток желудок возмущенно завязался узлом, и девочка нехотя потащилась в общую кухню. Отыскала литровый пакет биойогурта, выпила залпом, не почувствовав вкуса. Прихватив пачку печенья, вышла с другой стороны, сама не зная зачем, по направлению к дальней ветке подземки.. вскоре узнала. Слабый крик, полузадушенный, приглушенный расстоянием и слоями листового железа. Глухие, бессильные удары. С каждым шагом голос становился более знакомым, пока  не прорезался вспышкой узнавания: Веста. Хайя знала, что та осталась, не вернулась наверх к празднику жизни. И знала, почему.
  Вскоре отчаянные попытки позвать на помощь прекратились, но ей уже не нужны были указания чтобы отыскать невольную узницу: мысленный сигнал пульсировал из комнаты генерала Норта, а в частности из-за двери, оборудованной замком-ловушкой. Ловко… Пальцы девочки, на пару мгновений застывшие, словно в раздумьях, уверенно запорхали по скрытой электронной панели.  Раздался тихий щелчок и удивленный вздох по ту сторону преграды.
- Веста? Знаешь, если ты не будешь подпирать дверь изнутри, я смогу ее наконец-то открыть…

+2

4

Она уже успела подумать о том, что умереть в этой комнате, пожалуй, было бы наиглупейшей и приятнейшей смертью - как раз для нее. А, может, она протянула бы здесь еще какое-то время, если прежний хозяин заботливо забыл что-то в уже неработающем маленьком холодильнике, или на полках небольшого шкафчика, прибитого выше.
Все лучше, чем потерять слишком много крови на поле боя, получить пулю в висок или целую очередь в грудную клетку. Пожалуй, она смогла бы убедить себя в этом, но прежняя боязнь бесславной смерти, о которой никто не узнает, прежний глубочайший страх таился внутри и выжидал еще немного времени, когда он сможет в полноте своей раскрыться. Тогда бы от этой комнаты ничего не осталось.
Никаких звуков извне Веста, конечно, не услышала, тем более если это девочка, которая всегда крадется, словно мышь. Потому стоило огромных усилий взять себя в руки и подняться, впуская внутрь Хайю, так внезапно пришедшую на помощь. Сейчас этот факт особо поражал, ведь совсем недавно женщину заверяли в том, что видели Кравец наверху в компании офицеров - братьев Митчелл и еще кого-то - а значит она поддалась общему куражу. Может ею двигали и какие-то другие мотивы, но в любом случае Веста была уверена, что она вернется еще не скоро.
И вот эта неожиданная спасительница, повозмущавшись, проскользнула внутрь комнаты, будто к себе домой. Проводив ее ошарашенным взглядом, Веста тут же кинула подобранную сумку в дверной проем, боясь, чтоб с ними не повторилась та же самая история.
- Как ты... А впрочем не важно, все равно обычные объяснения для тебя не подходят. Лучше скажи... Нет, нет, стой! - женщина кинулась к бывшей кухне, где девочка, видимо почувствовав себя хозяйкой, явно пыталась что-то найти. - Тут уже ничего нет.
Валерия внезапно вспомнила еще и невидимок, потому на пару минут благополучно выпала из реальности. Она никогда их не любила, пыталась избегать, хотя в большинстве случаев это было просто невозможно - они были вечными, неизменными спутниками генерала. Когда-то они даже спасли ей жизнь, вытащив из засады, но ту резню, которую они устраивали на поле боя, женщина не могла забыть долгое время. Наверное, неприязнь эта подкреплялась чем-то внутренним, едва уловимым благоговением и восхищением от их работы. От концентрата чистейшей жестокости. Но Веста так не любила в себе эти темные стороны, что ненависть к теням от этой скрытой любви только крепла.
И теперь, когда невидимки были заморожены, даже дышать стало как-то легче. Конечно, тому, кого они так долго мучили, захочется отдохнуть от всего этого.
Но настойчивые уговоры «Я все понимаю» тщательно перебивались «Почему сейчас? Почему тогда, когда ты больше всех нужен?».
Веста вздохнула и нехотя обвела взглядом комнату - Хайя уже успела устроиться на кровати и неспешно поедала какое-то печенье, внимательно наблюдая за подругой.
- Послушай, мне говорили, что ты наверху. Отмечаешь или что-то вроде того. Странно прозвучало, конечно, но кто знает, вдруг от победы ты тоже умом тронулась, - женщина широко улыбнулась и, подвинув к себе стул, опустилась напротив девочки. - Может все же пора уходить с этой базы? Смотри, уходят все, - она обвела рукой опустевшую комнату; но не смотря на отсутствие здесь признаков жизни, она все равно выглядела невероятно уютно, сюда хотелось возвращаться. - И если большинству солдат нужно изощряться, пытаясь найти свое место в Новом мире, то для тебя ведь все дороги открыты! А я помогу, обязательно.
Она улыбалась - открыто и искренне - хотя уже заранее знала ответ. Будет ли это не по-детски серьезное "Нет", или громкий скандал с выяснением отношений - Хайя ни за что не согласится на условия Весты. Какими бы искренними ни были ее побуждения. И пусть она хотела для этой девочки самого лучшего: настоящую любящую семью, материальный достаток, когда не надо ни в чем себе отказывать, достойное обучение, любимое дело жизни, которым занимаешься в первую очередь из любви. Еще никогда не было так легко слепить дорогому человеку идеальную судьбу. И, хоть женщина и понимала, что это все лишь ее мечты, она не переставала надеяться, что сможет хоть как-то изменить эту затхлую жизнь своей четырнадцатилетней подруги. Для начала... вывести ее из треклятой подземки, откуда убегают даже главы их в недавнем славного войска.

+3

5

Она была здесь всего единожды, но, даже вернувшись через десяток лет, в ту же секунду узнала бы: брошенная комната была насквозь пропитана генералом, с его прямолинейной открытостью и несгибаемыми принципами, с его болью и нечеловеческим самоконтролем. «Как открытая книга…» Хайя с легкостью могла бы прочесть любую из немногочисленных оставленных вещей, узнать, чем он жил последние дни, о чем думал, какие мысли пытался отогнать и какими – оправдать свое исчезновение..Но не стала. В кои-то веки глубинное уважение к человеку не позволило ей безнаказанно вторгнуться в чужое личное пространство, единственное прибежище, где никто не посмеет потревожить.
  На Весту было трудно смотреть. Хотелось, чтобы хоть кто-то в этом свихнувшемся мире точно знал, что делать; одержав такою ценою победу, пути назад не было, но спроси любого – и увидишь, что представления в целом ограничиваются простой установкой «Теперь Локи -  царь, он все решит». И он ведь был чертовски прав – люди хотят подчиниться, хотят верить в могущественного бога, который в миг устроит все наилучшим образом, избавит от  проклятия выбора, от груза ответственности, от принятия непростых решений. Теперь, казалось бы, все должны быть счастливы… Они и были – там, наверху, опьяненные глобальной эйфорией красивой и совершенной иллюзии. Прощальная горькая шутка Великого Обманщика.
…Было видно, что беспомощно сидевшая на полу девушка пытается наспех взять себя в руки. В безмолвном одиночестве, в месте, навевающем слишком много воспоминаний, она уже успела завертеться в водовороте самых отчаянных мыслей, и теперь виновато набрасывала на лицо вуаль улыбки. Не ради натянутой лживой маски, в которой между ними двумя не было решительно никакого смысла; просто потому, что знала – кто-то должен быть сильным. Даже если на этот долг больше не хватает сил.
  Хайя сходила на кухню и, выудив из кармана пакетик растворимого кофе, вскипятила электрочайник  и молча поставила перед Вестой полпачки печенья вместе с кружкой темной дымящейся жидкости. И попробуй только возразить. Я в курсе, как ты мастерски плюешь на собственное здоровье. Затем все так же не произнося ни звука залезла с ногами на чужую кровать и уткнулась затылком в немую холодную стену. Это будет непросто. Комната, сотканная из полумрака и  коричневых оттенков, напоминала исповедальню. Наверное, пора. Начать говорить. Сказать самим себе и друг другу правду. Ведь больше некому, верно?
  - Послушай, мне говорили, что ты наверху. Отмечаешь или что-то вроде того. Странно прозвучало, конечно, но, кто знает, вдруг от победы ты тоже умом тронулась.
- Кто сказал? – она сперва недоуменно нахмурилась, но потом безразлично махнула рукой. – Верь не словам но ощущениям. Они там все упились вдрызг, тебе любую мелкую блондинку в толстовке и берцах назовут Хайей.
Или, быть может, я опять лунатила? Нет, определенно не в этот раз. Точно не в этот раз.
- Я была здесь. Была и останусь. Тебе ли не знать?
- Может все же пора уходить с этой базы? Смотри, уходят все, - Веста продолжала вымученно улыбаться, не заметив, как дрогнул голос, - И если большинству солдат нужно изощряться, пытаясь найти свое место в Новом мире, то для тебя ведь все дороги открыты! А я помогу, обязательно.
  Хайя смотрела на подругу, просто и устало; она знала что услышит нечто подобное, что Лера непременно попытается вернуть ее к «нормальной» жизни.
- Ты это серьезно? И куда я должна идти? Снова пытаться влезть в душную петлю трухлявой морали, вернуться к тому от чего отчаянно бежала последние шесть лет? Приемная семья, школа, колледж, работа по графику и семейные обеды по воскресеньям, муж, дети, дом, пара десятков лет в стандартной клетке, старость, гроб? Да брось, ты сама не веришь в эту дурь. Я смотрю на этих людей, и вижу их насквозь, и это не метафора, понимаешь? Отвратно до тошноты, я и двух дней не выдержу в этой избитой системе. Я устаю лгать. Я как только я перестану притворяться, они увидят это. Ты понимаешь меня? Даже самые тупые увидят в моих глазах то, через что я прошла,  и станут бояться, страх будут скрывать агрессией, и получат ее взамен – заслуженную, да что с того? А могут получить и месть… Тогда эта система «налаживание отношений» вообще летит ко всем чертям, и я однажды задумаюсь – почему бы не перерезать их всех тоже, за желчь, за алчность, за самомнение и чванливую глупость, и эти фальшивые маски, и непробиваемую уверенность в собственной правоте!  - Хайя вдруг осознала, что начинает срываться на крик, и откинулась на подушку, вперив блуждающий взгляд в равнодушный белый потолок.
- ..И когда я признаюсь себе, что ненавижу их всех, я потеряю контроль. А я.. я не хочу этого.
Цветные пятна кружили перед глазами, вращались, перетекая из одной формы в другую; она успокаивала сама себя, заставляя выровняться. Она второй раз так срывалась, выливая наружу разом слишком много правды, и опять – в присутствии этой странной девушки, которая почему-то – признай это, признай же! – искренне о ней заботилась.
- Я изменилась, Веста. И продолжаю меняться. Но самое плохое в том, что я не боюсь становиться такой. Мне не страшно, понимаешь? – девочка приподнялась на локте, пытаясь увидеть каплю приятия – или осуждения – во взгляде напротив.
– Нет никакого Нового мира. Мир – это люди, а они останутся прежними.. Поэтому я и становлюсь другой. Быть может, я прошла весь этот путь чтобы стать той кем должна, и тебе не нужно искать для меня место в этом безумии – я сама к нему иду. Возможно, кто-то уходит, - Хайя обвела взглядом комнату, зная, кого подруга имеет ввиду, - не суди его; у каждого свой порог, - она провела ладонью по покрывалу, чужие мысли были совсем рядом, и стоило труда не внимать их призрачным голосам, - Война не закончилась. Все думают, что самое страшное позади. Но это не так. Я знаю, что это не так.

+3

6

Слышать этот монолог, так откровенно переходящий в крик, чувствовать тембр и интонацию, и быть абсолютно уверенной, что говорящий до конца честен с тобой - это было одной из немногих наград, которые она получила за прошедший год. И один Бог знает, как сильно сидящая напротив женщина желала лучшей участи для своей подруги. Пусть бы эта участь влекла за собой разрыв отношений - любые личные жертвы на благо той жизни, которая бесспорно была бы лучше существования в подземке. Без приличного дома. Без круга сверстников и друзей. Без любви и поддержки родителей. Без образования. Без перспектив на будущее.
Но вместе с тем Веста прекрасно понимала с кем говорит сейчас. Эта попытка была далеко не первой, но грозилась стать последней - танцовщица порядком устала прощупывать почву и говорить напрямик. Теперь она была уверена, что с Хайей поступать нужно в корни по-новому. Последний рубеж перейден - совесть хоть в какой-то мере чиста, она старалась переубедить, она старалась слишком долго... Но просто так Лера сдаваться не собиралась.
Оставив на лице тень улыбки, женщина потянулась за предложенной чашкой кофе - его катастрофически не хватало в последнее время - и поудобнее устроилась на стуле.
Здесь, в этой комнате, на этой пустой базе, время будто замерло. Извне не поступало никакой информации, и мозг отчаянно искал ее внутри. Со временем, когда потребность увеличивалась, он начинал без разбора вскрывать все, до чего мог дотянуться. И если не обуздать этот порыв - можно поплатиться чем-то вроде нервного срыва. Последствия, конечно, могут быть и хуже. Потому пора было начинать разбираться в этой сложной системе, пока работа не завалила с головой, пока дорогой человек сидел напротив и был готов идти на контакт. Пока было что сказать.
Пора.
- Оглядываясь назад на весь тот кошмар, что произошел со мной, я тоже пытаюсь утешать себя фразой "...чтобы стать той кем должна". Но легче, конечно, не становится. Мне даже иногда кажется, что я не должна была делать многих вещей, которые со мной случились. И тем более уверена, что они не должны были отправлять тебя в те места, откуда все мы возвращались с трудом. Но лично нас ведь никто не спрашивал.
А если бы спрашивал, Хайю бы никогда не отправили в тот же Куб - первый всплывающий в памяти пример адского задания. И, хотя помощь девочки в любом случае оставалась неоценимой и необходимой - Веста уверяла себя, что они бы справились и без нее. В принципе, дар Кравец стал в какой-то мере предопределяющим ее судьбу в Армии. Об этой девочке со сверхспособностями вспоминали слишком часто, ибо везде она была сподручна и полезна.
- Самое страшное - это война. И таковой ее делает масштаб. Разрушений, жертв, последствий - всего. Есть одна вещь, в которой я уверена: войн больше не будет. И все последующие задания, разборки, конфликты - ничто по сравнению с тем, что мы уже пережили. Тебе ли не знать...
Женщина поставила обратно пустую чашку, кинув тихое "Спасибо", и плавно встала. Какое-то едва осязаемое желание спонтанно зародилось в ее сознании и теперь желало побыстрее раскрыться. Она медленно двигалась по комнате, стараясь зацепить на чем-то свой взгляд, вместе с тем не забывая посматривать на Хайю и обдумывать последующие слова.
- А Новый мир... Неужели ты больше не веришь в это? Погоди, пока плохо видно - города погрязли в скорби и ликовании. В каждом доме, если не траур - то обязательно праздник. Но ведь это на время. Наша Земля - огромный механизм, у которого появился новый источник питания. Лучший источник. А части механизма остаются его составляющей - без них он просто перестает существовать. Но дай людям правильный импульс - и они начнут творить чудеса. Вот увидишь. Локи не просто так пришел к власти. Еще день-два, он отдаст соответствующие приказы и города начнут отстраиваться. Границы между странами сотрутся. И между людьми. Я не хочу сказать, что сразу поменяется все. Изменения будут просачиваться в обычную жизнь людей и постепенно станут их частью. Это правильная тактика для такой расы, как мы. В любом случае... Локи знает, что делает.
На этих словах Веста наконец замерла. Напротив картины, которая ранее уже привлекла ее внимание. Стоя спиной к Хайе, танцовщица не могла удержаться от того, чтоб легко-легко, едва касаясь, не провести кончиками пальцев по мягким и теплым цветам красок.
Но вместе с тем, она тут же превратилась в слух, ожидая слов своей подруги.

+4

7

- Новый мир..Неужели ты в него больше не веришь?
Хайя коротко вдохнула, давясь невысказанным, и молча отвернулась к стенке – зарывшись лицом в подушку, вдыхая чужой незнакомый запах, она старалась утихомирить клокочущее зелье из мыслей и чувств, неуправляемое, взрывоопасное. Больше не веришь… Она, кажется, не верила в него никогда. Чуждая политике и идеологии, не задумываясь над божественными обещаниями и перспективами, она пришла в Армию не по своей воле, Хайя двигалась по жизни бесцельно и хаотично, пока, ведомая внутренним чувством, волею случая – или предопределения? – не набрела на базу; тогда она поняла,  что нашла свое место, что отныне все в ее жизни будет правильно,  так, как должно быть. Без вопросов, без сомнений. Война вмиг смыла ее с лица привычной реальности, подхватила мощною волною, закружила в водовороте, подняла на самый пик – и, в итоге, завершившись так резко и окончательно, обрушилась на берег и отступила, оставив ее одну на холодном мокром песке, судорожно хватающую ртом воздух, беспомощную, бесполезную, растерянную. Лишенную смысла. Не знающую, что делать дальше. Не понимающую, ради чего.
  - Локи знает, что делает.
Эта фраза заставила ее невольно подпрыгнуть и развернуться на все 180 градусов, цепляясь взглядом за вымученную улыбку подруги.
- ЗнаЕТ? ЗнаЛ!  - слова вылетали сами,  прежде чем Хайя успела задуматься о произносимом. – Но Локи мертв, и мне ли тебе рассказывать об этом!
  Женщина напротив изменилась в лице. Ну конечно, тайна вышла наружу. Но разве можно сохранить секрет одним лишь молчанием?
  - Если думаешь, что Тигра или Актер проболтались...это не так, разумеется. И я не обмолвлюсь ни словом ...меня, в отличии от них, даже "прочесть " нельзя. Я не хотела тебе признаваться, думала, так будет проще... Я знала все с самого начала, и, наверное, даже еще раньше. Я чувствовала близкую смерть - хотя, казалось бы, в апогее войны смерть и так была повсюду... но эта казалась особенной. Неправильной. Важной. Пробирала до дрожи - как, знаешь, бывает особое предчувствие за секунду до того как случится что-то непоправимое? Вот только... я не думала...не знала...я думала, что смерть будет моей, - Хайя сглотнула комок, сверля взглядом бетонную поверхность пола и не решаясь поднять глаз, - я вообще не знала, что такие как он могут умереть. А теперь...- слова давались с трудом, их приходилось выдавливать из себя силой, - теперь никого нет. И значит, все было напрасно. Вот скажи мне, разве так могут заканчиваться истории? Разве можно поставить мир на колени и просто исчезнуть?
  В груди с каждым вздохом разрастался маленький огонек гнева. Она и сама не понимала, почему. Никто не виноват в собственной гибели, да и для Весты не оставалось других разумныхвариантов кроме как сохранить все в строжайшем секрете. Хайя все плнимала, кроме одного -на кого же она тогда так злится? Быть может, на себя и свой проклятый дар, раз за разом переворачивающий ее внутренний мир с ног на голову, открывающий то, чего не следовало знать?

Отредактировано Haiya Kravetz (2013-11-17 16:54:21)

+2

8

Женщина замерла, и ей показалось, что на пару секунд замерло все в ней - дыхание, сердцебиение, кровь послушно застыла в венах, мысли остановились на полуслове. Почему это так удивляет, если это почти очевидно? Нужно было вспомнить раньше об этой чудо-девочке и ее безграничных способностях. Но в круговороте недавних событий упустить сей факт было не так уж трудно.
Веста развернулась к подруге и долго смотрела на нее, пока ты выливала наружу все, что так долго разрывало ее изнутри. Со стороны генерал-майора так и просились строгие фразы вроде «А кому было легко?». Со стороны танцовщицы просилось сожаление. Лера понимала, что ни одна из этих крайностей не подойдет. Она не знала, с чего лучше начать. В последнее время любая, даже самая мелочная проблема казалось нерешаемой.
- Глупая, когда же ты наконец поймешь, что нужна хоть кому-то. Мне, Тигре, - Веста с особой грустью осмотрела пустую комнату и тихо добавила, - Джеймсу... Нам не все равно, что происходит с тобой. Мы всегда поможем и поддержим. Ты ведь сама знаешь, нельзя все копить в себе. Тем более таким людям, как ты.
«Трое хранят тайну, если двое из них мертвы.»
Женщина опустилась на край кровати, недалеко от Хайи, и положила руку ей на плечо. Может, эти стены простят все, что отдадут им? Будут ли они, как и прежде, хранить молчание? Или не примут новых временных обитателей, подло выдав все их секреты? На самом деле, Валерии было все равно. Сейчас находящийся рядом человек значил куда большее, чем все возможные проблемы в будущем.
- Локи не исчез. Он в Хельхейме, он даже смог достучаться до сознания Тома - между ними ранее была установлена ментальная связь. Повелителю надо восстановить силы, тогда он сможет сбежать из мира мертвых и вернуться сюда. А пока что... Пока надо держать оборону. Дурить народ. Восстанавливать мир, восстанавливать порядок. Ничто не закончено, все только начинается.
Но почему она не чувствует ни малейшей отдачи? Неужели Хайя уже давно все решила для себя, и сказанное ею сейчас - лишь отголоски пережитого? Поистине страшным может быть только мертвый человек в живом теле, и Веста слишком часто боялась, чтоб ее подруга не поставила на себе крест раньше времени. Ведь этого хотели они все - многие солдаты, Норт, Веста. Они все действительно не видели своего будущего после войны. Жизнь заставила Леру понять, что она еще нужна. Наверное теперь она должна передать свое знание другим.
- Не думай, что с войной все закончилось. У тебя намного больше шансов устроиться в новом мире. И я сейчас не говорю об усыновлении или другом образовании. Ты будешь здесь, среди нас, пока будешь хотеть этого. Будут новые задания, редкие, но вылазки тоже предстоят - не поверю, что талибы так просто успокоятся. А ведь из агрессивных не только они по земле ходят. С твоими способностями ты будешь нужна везде. Но так просто, как раньше, не будет. Я поставлю тебе небольшое условие, и только попробуй не согласиться - ты ведь сама понимаешь, что я права. Тебе нужно образование. Любым угодным для тебя образом. Читай книги, которые нравятся, посещай семинары, крутись возле ученых, спикеров, парламентеров - могу даже дать специальное распоряжение, чтоб лично тебе все подробно объясняли. Но, согласись, почти четыре класса школы для будущего среди единственной Армии мира - маловато.

+2

9

- Глупая, когда же ты наконец поймешь, что нужна хоть кому-то. Мне, Тигре, Джеймсу...
Хайя молчала, упрямо концентрируя взгляд в одну точку.
"Нет. Я не могу. Я не должна в это верить."
В груди, у сердца, сжимался комок боли, - такой родной, привычный, стесняющий дыхание, сдавливающий легкие. Почему она не думала об этом раньше? Неужели не замечала? Или, привыкнув к защите одиночества, к своей непробиваемой скорлупке, слишком боялась положиться на кого-либо в этом мире?
"Люди злы. Эгоистичны. Слабы. Они предадут, рано или поздно, но неизбежно."
Армия стала Хайе домом - но стала ли семьей? В теории - должна была; девочка понимала, что Веста говорит правду, ее искренность доверчиво ютилась на ладони, ее забота согревала, окутывала мягким теплом... и это было больно. Чувствовать было больно.
Кровать рядом слегка прогнулась, и тонкая теплая рука осторожно легла на плечо. Хайя вздрогнула; простое прикосновение казалось таким непривычным, таким неестественным в ее холодном и отчужденном мире. Первый рефлекс - сбросить руку и отодвинуться на метр - был подавлен; она сидела, замерев и боясь пошевелиться, словно одно неосторожное движение может сорвать чеку бомбы, спрятанной внутри. Неожиданная слеза капнула на колено, вторая уже медленно ползла по щеке... Хайя плакала безмолвно, с широко распахнутыми глазами, не замечая этого. Слова подруги ворвались потоком информации, еще не обработанной, просто принятой к сведению - Локи вернется, им всем найдется прежнее призвание, а пока миру нужно пудрить мозги - что и так является любимым ее занятием... Она подумает об этом позже. Обрадуется. Решит, что делать. Выйдет на улицу и посмотрит в глаза толпе, прославляющей нового бога. Потом, когда вспомнит кто она такая и что значит для самой себя. Потом, когда перестанет чувствовать себя оголенным нервом, моллюском, с которого всего одной фразой неожиданно сорвали панцирь.
По прежнему не произнеся ни слова, не всхлипнув, не издав ни единого звука, девочка развернулась и крепко обняла Весту, заливая непрошеными слезами ее отутюженный воротник.
"Когда-то у меня была сестра... ощущение было таким же. Как будто сердце греют в теплых ладонях."
Спустя минуту она наконец отстранилась, отодвинулась на дальний край постели, смущенно-сердито вытерла глаза покрывалом. Глубоко вдохнула. Вдох. Выдох. Вдох. Привычное состояние отрешенности и закрытости понемногу возвращалось, воздвигая на место павшие баррикады.
- Спасибо тебе. За все. С учебой... я подумаю. Честно. У нас ведь еще будет время. Много-много времени - впереди.

+2

10

ЗАКРЫТО

0


Вы здесь » Loki's Army » Архив эпизодов » 05.11.2016 Выжившие продолжают выживать (Х)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC